И почему родилась поговорка "в Коле «мужика убить, что крынку молока испить», «кто проживет в Коле три года, того и в Москве не обманут»"
За последние пару недель я написала несколько статей, в которых упоминала Немировича-Данченко и его рассказ о путешествии по Русскому Северу в 1877 году. Цитировала, например, его отзывы о необычайно свободных нравах в Коле. И о размужичье (женщинах, похожих на мужчин).
Некоторых комментаторов это покоробило, мол, люди на севере не такие, поморы не такие, они чистые нравом и нравственность блюли.
Да кто же спорит, в деревнях, под бдительным надзором общества, родственников и церкви, люди жили в рамках норм морали.
Только надо же понимать, что контекст может быть разным, общество может быть разным, и соответственно, мораль самого общества может быть разной, в разных местах. Север же - он огромный, и неоднородный.
В портовом городе Кола, куда ссылали преступников, куда съезжаются моряки со всего света, где у тебя нет ни родственников, ни знакомых, и никто тебя не укорит, мораль же будет совсем не той, что в патриархальной, удаленной от городов деревеньке, где все друг другу родственники, друзья или старинные соседи.
Вот что, например, писал Голубцов Н.А. в публикации "К истории города Колы Архангельской губернии" от 1911 года:
"Кроме государственных преступников, которых перебывало в Коле несколько сотен человек, сюда начали ссылать с 1804 года уголовных преступников. Ссылка эта началась при вологодском наместнике Мельгунове, который, желая увеличить население Колы, исходатайствовал, чтобы сверх отправленных туда на поселение, прибавлено было еще до 200 человек из пробывших в тюрьмах срочное время.
Средство это, однако, не доставило желаемой пользы и Кола, как место ссылки уголовных преступников, получила недобрую славу у соседей.
Преступники, ссылаемые сюда, приставали к коренным жителям со своими нуждами, стращали, вымогали и прибегали к насилиям. Поэтому создались поговорки, что в Коле «мужика убить, что крынку молока испить», «кто проживет в Коле три года, того и в Москве не обманут» и прочее".
Ну и, как бы не понятно, почему так сложно поверить, что в портовом городе, с подобным контингентом, многие люди (в том числе, конечно, и поморы) могли начать смотреть на вопросы нравственности свободнее, чем в закрытых от любых пришлых людей поморских деревнях?
Причем, нельзя говорить, что Кола - это ад земной, а в других городах все было высокоморально. Поведение выходцев из деревень менялось в любом городе.
Вот что о влиянии города на нравственность деревенских написано в научной статье Пулькина Максима Викторовича «В Тихом омуте . . . »: преступность в олонецкой губернии (XIX – начало ХХ вв.»:
Переезжавшие из деревни в город, вырывавшиеся из-под власти общины крестьяне часто проявляли склонность к девиантному поведению. Явно не привыкшие к самоконтролю, молодые люди «легко давали волю агрессии, своим отрицательным импульсам и эмоциям». Урбанизация становилась существенным фактором, способствующим девиантным проявлениям.
Повсюду в России, и Олонецкая губерния здесь не исключение, городская жизнь являлась силой, подрывавшей традиционные общинные институты. В городской среде особенно отчетливо проявилась одна негативная черта: общество не проявляло особой требовательности к человеку, а человек - к себе...
Судя по отчету о состоянии Олонецкой епархии за 1904 г., даже краткое время, проведенное в крупных городах, неизбежно меняло повседневные модели поведения крестьян самым заметным и предельно негативным образом:
«В тех местах, где сельское население по недостатку выгод от земледелия прибегает к отхожим промыслам, замечаются господствующие пороки». Проявились и становились все более массовыми такие негативные социальные явления, как «обман, зависть, сутяжничество, разврат, сквернословие, праздничный разгул».
Отрицательные изменения затрагивали и семейный уклад. Возникало и постепенно становилось нормой неуважение к старшим, участились разделы имущества.
Конечно, речи не идет, что даже в Коле ВСЕ и ВСЕГДА придерживались легких нравов. И тем не менее, этот момент, судя по всему, вполне себе имел место.