На Украине украли настенную работу британского вольнодумца? Обыденность. Сколько там наворовано за эти годы.
Автор Филипп Фиссен
Ироничное изображение на стене дома в посёлке Гостомель домохозяйки, принадлежащей к буржуазному классу Британии, в противогазе и с огнетушителем. Оно появилось, как водится, в ночь. А наутро с первыми лучами там случайно оказались обозреватели арт-изданий.
Здание, разрушенное украинскими артиллеристами, как нельзя лучше подходило для такой настенной живописи. Жёлтый как самый дешёвый пигмент используется для фасадов государственных зданий по традиции Российской империи. Работы прославленных штукатуров с Украины хорошо известны на подмосковных дачах, в польских селениях и на виллах российских олигархов на озере Комо. Евроремонты за небольшие деньги наликом в обход налогов помогали олигархам сохранять средства на более важные задачи – содержание яхт и пиры.
Разумеется, секрет штукатурки, передаваемый от мастера ученикам, бережно хранится в этом почти масонском сообществе, живущем в строительных вагончиках в живописных уголках Европы и Подмосковья. Умение не может считаться полным, если мастер не способен грамотно разрушить то, что создал. Так и в Гостомеле штукатурка пропала вместе с шедевром.
Далее понадобились более совершенные навыки сокрытия ворованного и продажи на чёрном рынке. На Украине известным коллекционером современного искусства зарекомендовал себя пан Пинчук, родственник одного из президентов Украины. Вероятно, первое предложение группа ценителей Бэнкси сделала ему.
Но то ли в цене не сошлись, то ли пан нашёл более лёгкий способ завладеть шедевром, например, через изъятие дружественными силовиками, только сделки не случилось. Похитителей ждал провал.
Удивительно другое: полиция Киева, давно отказавшаяся нести службу на благо граждан, сработала на этот раз быстро и чётко. Это подозрительно.
Задержанные любители искусства признались и раскаялись – дело раскрыто. Остались ли загадки? Были ли они вообще? Или безмятежная вера украинских граждан в безнаказанность за любые преступления, кроме критики режима, сыграла с ними злую шутку?
Власти Киева, вероятно, были не очень довольны творчеством британского вольнодумца. Как смел он иронизировать над их выдумками про русские зверства, в которые уверовало цивилизованное в прошлом западноевропейское человечество? Какая, к чёрту, бабка в бигуди? Что этот постмодернист себе позволяет? Почему не спросил разрешения? Не прошёл цензуру в «95-м картавле»?
Почему вместо бабки не изобразил «военного лидера всея Украины» в майке цвета отрыжки гороховым супом?
А парень в майке больше не шутит. Обманчиво впечатление о нём как легкомысленном артисте. Он другим шутить не позволит. Собрав все карикатурные черты диктаторов – от Нерона, гоняющего христиан, до ефрейтора – человечек, нигде не служивший, захватил власть над гогочущим от его плоских шуток населением.
Пан Зеленский больше не намерен делить ни с кем популярность, будь то британский аноним или ливерная колбаса. Богоподобный комик, ставший трагедией для населения в прошлом процветающей страны, он сам устанавливает стандарты поклонения.
Не исключено, что кража Бэнкси была выгодна именно ему. И бедолаги, которых теперь пошлют искупать кровью чванство четы Зеленских, просто попались под руку, как и весь народ. Такова коллективная ответственность перед неряшливым деспотом, ревнующим своё божественное положение даже к Христу, на церковь которого покусился. Власть духовная, непокорная ему до некоторых пор, должна присягнуть и преклониться пред его величием, зафиксированным во всех протоколах европейских мудрецов.
Если Порошенко ради собственных выгод всего лишь продал души украинцев константинопольскому церэушному патриарху, то Зеленский желает владеть мятущимися душами украинцев самовластно и самолично. Теперь в храмах на захваченных им территориях, в которые должны быть включены и горние выси, будут торговать мерчем Зеленского – календариками и свечками с изображением вислоносого мальчика-старичка. Конечно, мимо такого тёщиного дома, в который превратят храмы Божии арестовичи и ермаки, без шуток ходить будет невозможно.
Где же выход для этих эксгибиционистов, чьи характеры сформированы демонстрацией в соцсетях? Выход через сувенирную лавку.
Упёршийся упрямо в стенку своими комическими рожками, артист оригинального жанра, расчленяющий тела вынутых из могил подданных на потеху брюссельским бюрократам, забыл, что вход в сувенирную лавку – гривна, а выход значительно дороже – ногами вперёд. Так кто же в лавке останется?
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.