«А один гражданин любил очень арбузы. Вы мне напомните, я про него завтра расскажу...».
Падал прошлогодний снег.
Все имена вымышлены, все совпадения случайны, и дело это было, примерно, 20 лет назад. Так, на всякий случай — а то ведь случай всякий бывает!
Ну, о вкусах не спорят. А кто с этим спорит-то? Я вот арбузов — не люблю. А также прочих абрикосов-персиков, виноградов-инжиров… хурму (или хурмов? хурмей? хурмяк?). Практически весь среднеазиатский, экзотичный для средней полосы натюрморт — всё мимо. С исключениями, конечно. Но особо я ненавижу болгарский перец. Так ненавижу — аж кушать не могу.
А вот комчасти наш любил порционное мясо с гарниром из жареной картошки с лучком, например. В курилке как-то вечерком стояли, и вечный повар, тоже из срочников, Власов нам об этом поведал. А фамилия комчасти была Краснов, ага, как сейчас помню — интересные у этих-обои́х фамилии были, как подбирал кто… Помимо солдатской была же и офицерская столовая — вот там господин полковник и изволил откушивать по вечерам-с.
От такого откровения мы аж сглотнули солдатскую слюну, а Власов знай рассыпался в подробностях готовки этих яств.
Да так, знаете ли, заворачивал, подлец, что слушать было невмоготу! Лишь жалкие остатки сухой перловки уютно, поселившиеся в наших желудках после ужина, жалко пискнули и провалились куда-то в тартарары — будто и не было их вовсе. Но прервать рассказчика никто не решался. Потому что это было великолепно! Мы стояли и млели, а омские примины наши потухли и начали вонять особенно отвратительно.
На этой ноте перекур закончился, и пришла тоска по нормальной еде, «гражданке» и гражданкам — буквально вот в таком порядке… И если б мне кто в тот момент подал фаршированных болгарских перцев, я б не отказался — откусил бы с рукой подающей — вот честное солдатское слово!
А вы говорите — арбузы…
