Взломать не получится старой личины. Горит небулгаковски в печке тетрадка. Устои, привычки, мотивы, порядки надкусаны, пусть даже выглядят чинно. Подмостки абсурда захлёстнуты валом - девятым, огромным, почти как цунами. Вкруг тушки ощипанных чаек. Цена им - полушка за дюжину, даже и с малым. Окурками смятыми выглядят стили, не вынес оркестр скоморошьего бала. Соль истины запахи кухни впитала - словарный запас ей здесь часто солили. Остреет покойницким носом лучина. В межрамном пространстве - засушенный овод. Натужно смеются полночные совы над тем, что в итоге... ...тем, что получилось...
Взломать не получится старой личины.
Горит небулгаковски
в печке тетрадка.
Устои, привычки, мотивы, порядки
надкусаны, пусть
даже выглядят чинно.
Подмостки абсурда захлёстнуты валом -
девятым, огромным, почти как цунами.
Вкруг тушки
ощипанных чаек.
Цена им -
полушка за дюжину, даже и с малым.
Окурками смятыми выглядят стили,
не вынес оркестр скоморошьего бала.
Соль истины
запахи кухни впитала -
словарный запас
ей здесь часто солили.
Остреет
покойницким носом лучина.
В межрамном пространстве - засушенный овод.
Натужно смеются полночные совы
над тем, что в итоге...
...тем, что получилось...