Коли уж есть право на жилище и само жилище, то должна быть компания, которая его обслуживает, делает капитальный ремонт, расплачивается с поставщиками энергии, газа, воды и тепла.
В далëком 1964-м, я со своей роднëй заехал в кооперативную трëшку на пятом этаже только что сданной хрущëвки. Несмотря на общепринятый бред о том, что в СССР, едва ли не каждый желающий, работая, мог получить квартиру, кооператив был единственным случаем, когда человек становился владельцем жилья, предварительно выплатив цену (а не получив от государства). Дело это было по карману далеко не каждому, да и сами кооперативы не росли, как грибы. Чаще всего, за строительство ЖСК брались оборонные предприятия для своих сотрудников, которые реально неплохо тогда зарабатывали. Ввиду малого возраста, а именно четырëх лет, не могу знать полную картину того, как всё организовывалось, но точно были председатель, правление, устав кооператива. Когда дом принимали, именно ЖСК и брал его на учëт, заключая договора с обслуживающими компаниями. Интересное было распределение власти. Самая, что ни есть, демократия, в чистом, до омерзения виде. Во главе стояло общее собрание жильцов, ему подчинялось правление, а в самом низу перевëрнутой пирамиды человек, единственный которому приходилось работать, решать все проблемы - председатель. Тут надо отдать справедливость, у него мог быть свой интерес. Пока кооператив выплачивался, а это, если не ошибаюсь, пятнадцать лет (чем не ипотека льготная), все изменения можно было трактовать в свою пользу, при одобрении собрания, само собой. Скажем, съезжает семья из дома, продать не выплаченную квартиру вовне они не могут. Кооператив возвращает первоначальный взнос и какую-то часть суммы выплат (может всю сумму). Дальше квартира распределяется внутри кооператива, с первой очередью председателя, если он нуждается. Кроме первого, самого порядочного нашего председателя, следующие трое так и сделали.
Когда, спустя много лет, меня, давно съехавшего из дома в заработанную собственным горбом квартиру, попросили возглавить этот, уже жилищно-эксплуатационный кооператив, я не знал, во что ввязываюсь. Со временем, все взносы оказались выплаченными, халява с распределением квартир кончилась и работа председателя, крайне низкооплачиваемая, стала никому не интересной. К тому времени, домоуправление, с которым когда-то был договор на обслуживание, из соседнего дома переехало аж за четыре квартала, наш дом и два соседних, тоже кооперативы, стали нанимать рабочих самостоятельно. Поскольку, к тому времени, первые хозяева квартир все вышли на пенсию, можете представить, какими скаредами они стали. Сантехнику оклад положили такой, что на один опохмел не хватит, дворника и электрика совсем упразднили. Электрика приглашали на разовые договора, а подметать взялись по графику, сами. Можете представить, что это была за уборка территории, учитывая уже достаточно недобрососедские отношения. Дом то выработал свой ресурс, что говорить о соседских обидах друг на друга. В доме три подъезда, сорок пять квартир. Так вот, жильцы первого подъезда ненавидели жильцов третьего, за то, что те скинулись и покрасили его. Второй, ни шатко, ни валко, тоже наскребли, а те в позу стали. Вот и остались небелëными-некрашеными.
Вот в такой ситуации мне и передала председательство подруга моих родственниц, которые остались там жить. Разумеется, зная каждого из жильцов дома с самого моего детства, я полагал, что проблем с обслуживанием дома не будет. Уж больно он обветшал на тот период. Надо сказать, что тарифы, в то время, кооперативы назначали самостоятельно, основываясь на тех, что установил мэр города для всех. Но, что-то можно было увеличить решением собрания. На обслуживание дома, к примеру. Там же у председателя, бухгалтера и сантехника, хоть и мизерные оклады, но всё же положены по уставу. Можно было ещё на косметический, если не капитальный ремонт откладывать. А ещё ведь аварии всякие случаются, счëт должен быть всегда полным. Время, надо сказать, было сволочное, девяностые. Я, с учётом председательства, тогда на четырёх работах вкалывал и везде на полную ставку. Да и поставщики наглеть начали. Теплосети возглавил борзоватый господин, на братка похожий. Стали они снимать деньги за отопление и горячую воду без акцепта. Им то по барабану, что тебе ещё за свет, газ и канализацию платить. Всё, что есть на счëте, стало уходить. Забыл сказать, что в государстве нашем есть одна мерзкая черта. Оно, это государство, себя социальным нарекло. Но социальным быть и социальным слыть это две большие разницы. Организовать правильную социалку, это ведь работать надо. Чиновникам, причём, работать. Проще назначить разные льготы, пусть внизу сами разгребают наше говно, а мы ещё, задерживая и прокручивая компенсации, заработаем на яхты. Вот приходит нам с бухгалтером счëт за тепло. А у меня 60% жильцов пенсионеры, 20% инвалиды и столько же ветераны. За что-то платят половину, за что-то вообще платить не должны. Порядочным поставщикам мы делали перерасчёт, учитывая, что компенсацию годами ждать приходилось, а теплосети вздумали просто грабить. Ещё у этого начальника фишка была. За январь они всегда начисляли больше, чем по факту. Вот, к февралю счета многих кооперативов опустевали. Мы же, с соседом, открыли дополнительный счëт в коммерческом банке, туда перевели всë, оставив любителю безакцептного снятия лишь то, что ему положено. И зиму перекантовались и летом без воды и света, как соседи, не сидели.
Правда, демократия своë взяла, демосу не понравилось, видимо, со всеми услугами оставаться, когда соседи страдают, начали они бузить. А я, как раз, собирался отмосткой заняться, а то еë никто не восстанавливал за все годы (До сих пор кстати. Не знаю, что у них от фундамента осталось). Ну а демос, который оказался охлосом, в штыки. Они ведь как привыкли? Сделай нам красиво! И лучше за свой счёт. Короче, это было последней каплей в моëм изменении мировоззрения в сторону противников демократии. Выйдя из больницы, куда попал с язвой двенадцатипëрстной, уволился я из этого майдана. А они выбрали себе молодого жулика, который их обул по полной. Одно радует, этому мерзавцу не удалось разменять квартиру, так и живëт там, где нагадил.
А право на жилище это хорошо. Но хорошо бы ещё, чтобы обслуживание и ремонт этого жилища не зависели от идиотов, мерзавцев и коррупционеров. В своëм доме надо жить, а не в окружении баранов.