13 ноября 1752 года в Петербурге специальная комиссия Сената испытала «самобеглую коляску», построенную крестьянином Леонтием Шамшуренковым. Она представляла собой некую карету без лошадей, которой управляли два человека с помощью рычагов и педалей. Между тем путь к этому изобретению у гениального самоучки из крестьян был весьма тернистый.
…В остроге было холодно и сыро. Арестант, кутаясь в ветхую тюремную одежку, диктовал племяннику, получившему в 1751 году разрешение его навестить, «Доношение» в Московский сенат, где вели разбор мелких дел:
«Такую коляску, он, Леонтий, сделать может подлинно на четырех колесах, так что она побежит без лошади, только правима будет через инструменты двумя человеками, стоящими на той же коляске, кроме сидящих в ней праздных людей, и бегать будет хотя через какое дальнее расстояние».
65‑летний крестьянин Леонтий Лукьянович Шамшуренков, родом из Яранского уезда (ныне часть Кировской области), сам писать не умел: он никогда и нигде не учился. А для того, чтобы к его «Доношению» сенаторы отнеслись серьезно, просил племянника обязательно добавить, что именно он, Шамшуренков, в 1737 году придумал «снаряд» для подъема на колокольню Ивана Великого в Москве только что отлитого Царь-колокола. Однако случился пожар, колокол упал с мостков, на которых стоял, дал сквозные трещины, от него откололся большой кусок. После этого поднимать его уже не было смысла, услуги изобретателя «стали ненадобны», и он отправился домой в Яранский уезд.
Там изобретателя ждали тяжкие испытания: от умершего брата ему досталось несчастное «наследство» — судебная тяжба с захватившим их земельный надел владельцем винокуренного завода купцом Корякиным. Ему покровительствовал яранский воевода. В итоге Леонтий Лукьянович был «бит батогами» и несколько лет просидел в тюрьме. Там он и обдумывал конструкцию необычной коляски…
В феврале 1752 года пришел указ: «Крестьянина Шамшуренкова прислать в Правительственный Сенат». В мае изобретатель прибыл в Петербург. Ему отвели квартиру при Канцелярии от строений, ведавшей застройкой города, дали помощников, нужные материалы и инструмент, а «на пропитание» выделили десять копеек в день.
Шамшуренков трудился, буквально не поднимая головы. И 13 ноября начальник рабочей команды Мастерового двора, непосредственно ведавший постройкой коляски, сообщил рапортом в канцелярию:
«Оная коляска крестьянином Леонтием Шамшуренковым в окончание приведена и холстом обита и с рисуночною росписью красками выкрашена».
Коляска была опробована, признана годной для езды, ею довольно долго пользовались, она заслужила репутацию «весьма нового и куриозного художества». Увы, никаких чертежей и рисунков коляски не сохранилось, и сама она до нас не дошла…
В 1753 году изобретатель был отправлен в Москву и получил вознаграждение — пятьдесят рублей золотом. Спустя какое‑то время он снова направил «Донесение» в Сенат, предлагая изготовить «самоходные» сани, «путеизмерительные» часы и даже подземную дорогу, но ответа на эти предложения не получил.
Кстати, педально-приводная система самоходной коляски Шамшуренкова долгое время считалась идеалом инженерного искусства в России. Ее улучшили и использовали многие десятилетия спустя другие изобретатели. Например, русский механик-изобретатель из мещан Иван Кулибин в самокатной машине, а также крепостной тагильский мастеровой завода Ефим Артамонов - при создании велосипеда.
По материалам рубрики «Наследие» автора Людмилы Александровой.
Самые интересные очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине .
Еще больше интересных фактов из истории, литературы, краеведения, искусства и науки - на сайте Лектория.