Накануне традиционной встречи со своим Советом по правам человека Владимир Путин изменил его состав. Исключены были все члены, которые могли бы задать неудобные вопросы, связанные с СВО.
В частности, указом президента из совета были исключены: историк и профессор журналистики Николай Сванидзе, основатель «Комитета против пыток» (ликвидированного после 22 лет работы и признания иноагентом) Игорь Каляпин, журналисты Екатерина Винокурова и Иван Засурский, руководитель аналитического центра «Сова» (занимается исследованиями проявлений ксенофобии и экстремизма, внесен в реестр иноагентов) Александр Верховский и ответственный секретарь Правозащитного совета Санкт-Петербурга Наталия Евдокимова.
Ещё накануне в комментариях «Коммерсанту» некоторые из этих людей выражали надежду, что на встрече с главой государства им удастся поговорить и об иноагентах, и о наказаниях за дискредитацию армии, и о полном «запрете антивоенных выступлений». Последнюю тему, например, готовился поднять Николай Сванидзе. А Екатерина Винокурова готовилась к разговору на тему «дискредитации и фейков», имея в виду новые статьи УК и КоАП, запрещающие «дискредитацию» действий армии и «публичное распространение ложных сведений» о ней. Между тем ряд правозащитников и юристов до сих пор уверены, что эти нормы нарушают конституционный принцип свободы слова.
Таким образом, из СПЧ были удалены все члены, которые могли бы своими вопросами создать некомфортную для президента ситуацию на заседании Совета, подобную той, что случилась год назад, когда именно та таком заседании известный кинорежиссёр Александр Сокуров выступил с критикой положения дел в стране и даже предложил «отпустить» из России регионы Кавказа.
Исключённых заменили не самые ожидаемые в совете люди. Среди них журналист «Комсомольской правды» Александр Коц, один из основателей субкультуры военных блогеров — «военкоров». А также член президиума движения «Свободный Донбасс», депутат Народного совета ДНР Елена Шишкина, которая ещё в марте «с большой радостью и надеждой» поддержала создание «народного трибунала» над противниками России. Еще одним членом СПЧ стал ответственный секретарь ОНК Москвы Алексей Мельников, известный своей активной поддержкой спецоперации.
Среди новых членов СПЧ оказался также Сергей Рукшин — лауреат звания «Народный учитель», профессор кафедры математического анализа РГПУ имени Герцена, тренировавший в свое время известных математиков, в том числе Григория Перельмана. Среди «новобранцев» значатся также: председатель Союза писателей России, военный журналист Николай Иванов; уполномоченная по правам ребенка Ульяновской области Екатерина Сморода; руководитель исполкома движения «Народный фронт за Россию» Юлия Белехова и другие. Всего в состав включены десять человек.
Комментируя изменения в составе СПЧ, секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что они сделаны для того, чтобы Совет стал «наиболее правильным отражением гражданского общества». «В новых обстоятельствах другие лица становятся лидерами общественного мнения...», — подчеркнул Песков.
Замена правозащитников на «военкоров» и лояльных власти людей с территорий СВО, безусловно, изменит и повестку обсуждений Совета, и их тональность.
Для некоторых комментаторов кадровые изменения служат даже определённым знаком общих перемен в стране, которая, по их мнению, переживает процесс ускоренной «донбассизации». Под ней подразумевается перенесение в российскую реальность многих политико-экономических практик, «обкатанных» в ЛНР и ДНР. Речь, в частности, может идти о примитивизации экономики (под давлением санкций и усилением ВПК), которая может обернуться дальнейшим падением жизненного уровня населения. А также об попытках общественной «консолидации» с помощью более жёсткого внутриполитического курса.
Как отмечает в своём телеграм-канале бывший главный редактор «Русской Планеты» Павел Пряников, до начала СВО Россия стояла на развилке — пойти по пути Приднестровья или ЛДНР. «Путь Приднестровья — быстро провести СВО, победить или свернуть. Сидеть тихо в мягкой изоляции, без нарастания внутренней агрессии. В экономике своего рода НЭП-2. Начальство постепенно возвращается к торговле, а не спецоперирует. Но этот вариант мы уже проскочили...»