В 2013 году в интервью для Rushonrock Ричи Блэкмор рассказал о том, как смерть Джона Лорда повлияла на него: «Это было ужасным шоком, поскольку мы все думали, что ему становится лучше. Он занимался тем, что любил больше всего — играл с оркестрами классическую музыку, которую сочинял. К сожалению, за последние несколько лет умерло довольно много друзей-музыкантов, с которыми я рос. Жаль, что мы не смогли дать несколько последних концертов с оригинальным составом. Я написал инструментальный трек. Некоторое время он лежал у меня дома, но когда мы его записывали, я размышлял о нём, и тогда я решил добавить соло на органе в его стиле, как будто он выходит и играет. Его будет не хватать. Иногда я думаю, что оставшиеся люди всегда страдают больше, чем те, кто покинул нас. Я всегда с нежностью и гордостью буду лелеять воспоминания, связанные с Джоном. Мы с ним основали группу. В 1968-м году, когда я прилетел из Германии в Англию для встречи с ним и менеджерами, чтобы обсудить создание группы и
В 2013 году в интервью для Rushonrock Ричи Блэкмор рассказал о том, как смерть Джона Лорда повлияла на него:
«Это было ужасным шоком, поскольку мы все думали, что ему становится лучше. Он занимался тем, что любил больше всего — играл с оркестрами классическую музыку, которую сочинял. К сожалению, за последние несколько лет умерло довольно много друзей-музыкантов, с которыми я рос. Жаль, что мы не смогли дать несколько последних концертов с оригинальным составом. Я написал инструментальный трек. Некоторое время он лежал у меня дома, но когда мы его записывали, я размышлял о нём, и тогда я решил добавить соло на органе в его стиле, как будто он выходит и играет. Его будет не хватать. Иногда я думаю, что оставшиеся люди всегда страдают больше, чем те, кто покинул нас.
Я всегда с нежностью и гордостью буду лелеять воспоминания, связанные с Джоном. Мы с ним основали группу. В 1968-м году, когда я прилетел из Германии в Англию для встречи с ним и менеджерами, чтобы обсудить создание группы и её участников, мы с Джоном были приверженцами классики. Он больше, чем я, так что у нас сразу нашлось что-то общее. Мы придумали несколько названий. Он хотел назвать группу Orpheus. Я упомянул Deep Purple, и мы оба остановились на последнем названии, потому что вокруг было много "цветных групп" — Moody Blues, Pink Floyd и т. д. — цвета были в моде!»
На вопрос о том, как он относится к своему статусу иконы классического рока, Ричи ответил:
«Думаю, я исчерпал себя в тяжёлом роке. Мне были нужны перемены. Я никогда не думал о себе как об иконе. Я просто гитарист, оплачивающий счета».
