Трудно быть богом. Колонка Тамары Лисицкой

Помню советские библиотеки, в которых на нужную книгу надо было записываться заранее и потом читать быстро, поскольку желающих выстраивалась целая очередь. А некоторые особенно популярные издания можно было читать только в зале.

Например, книги Стругацких. Фантасты номер один в СССР, причем по обе стороны границы - к лихим 90-м их успели издать уже в 27 странах. Я, активно читающий подросток, знала, что есть волнующие миры Полудня и сталкеры. Было невыносимо интересно бродить вслед за героями по их обитаемым островам, но главные смыслы, конечно, оставались нераспечатанными.

И вот как-то со временем эти послания в будущее стали распаковываться. Взять хотя бы попадание в яблочко с системой Каспаро-Карпова. Стругацкие же её так назвали, когда Карпову было 11 лет, а Каспаров еще даже не родился. Они и Интернет описали задолго до его появления. Даже бактерию, которая питается энергией от распада радиоактивного урана, сначала придумали Стругацкие, а спустя полвека открыли ученые.

Каждый из Стругацких сам по себе был могуч, а когда они собирались вместе, получалось нечто третье - такой сверхмощный луч в будущее. Когда думаешь, на что способна синергия гениев, твой собственный разум немного ломается. Это легкий шок, потом восторг, а дальше - желание немедленно открыть книгу, чтобы окунуться в нее еще раз - как в Нострадамуса. Если они так видели будущее, то, может, стоит перечитать? Сейчас-то, на взрослый ум и опыт, на тренированный метафороприемник - оно же совсем по-другому зайдёт? Вообще как откровение?

Собственно, я вчера так и сделала. Открыла «Пикник на обочине».

И уже не могла оторваться, поскольку все эти гроздья смыслов в нынешнем измерении обрели совершенно другую текстуру. Стругацкие предвидели и наше сегодня. Всё вот это «здесь и сейчас» - поцитатно, побуквенно, словно прямо с натуры писали, глядя в окно, и чернила еще не высохли.

Откройте и вы. Получите ошеломительный эффект и много горького питательного бульона. А я завершу эпиграфом к «Пикнику... »:

«Ты должен сотворить добро из зла, потому что больше его не из чего делать».