К нам пришла зима. Нет, не радуюсь. Прям не люблю зиму! Весь этот холод, гололедица, опять же… Нос вечно красный и сопли из него. "Фу, какая гадость!" (С).
Ну и ещё, конечно, снег убирать возле гаража. Туда, сюда! Только убрала, хрясь – опять насыпало. Да что ж ты будешь делать! А ещё постоянные пробки на дорогах: ДТП!
Мои соотечественники, так сказать… на летней резине! Вот прям взяла бы за шкварник, да как потыкала бы носом в лысое колесо:
- Тебе когда сказали резину поменять, а?! Месяц назад ещё! А ты что?! А? Поменяй резину! Поменяй резину, скотина такая!
Фу… выдохнула прям.
Я, собственно, к чему опять? К собственной бездеятельности. Не пишется. Ну и коты… тоже… Спят и спят. Спят и спят! Нет, ночью, конечно, они развивают бурную деятельность, это уж как положено. Но тоже как-то без огонька, без задора. С каким-то даже равнодушием бузят.
Я иногда им даже сочувствую: может, им тоже спать хочется, отдыхать, а у них обязательства! Хочешь не хочешь, а вставай-просыпайся, бесоёбь, прыгай на почки хозяев, грызи сушку на весь дом, хлебай воду из стакана. Мало ли, что пить не хочется! Надо!
В лоток иди, греби! Что значит «не хочешь в туалет»?! Ладно, можешь не того… а по решётке поскреби, так положено. Кем-кем… Природой положено!
Вот и отдуваются перед природой бедные животные…
Я иной раз проснусь ночью от монотонного стука: это грохочет туалетная кошачья дверца. Разумеется, злюсь:
- Ну какого рожна они там?!... Ну зашёл, ну вышел! Гремит-то почему?!
Ну, раз проснулась, пойду, тоже в туалет схожу, а то зря, что ли? Подхожу к туалету: у двери сидит Мотя и с обречённым видом тыкает лапой в дверцу. Тык, тык, тык… Дверца гремит и шатается туда-сюда, но Мотя и не думает входить. Сидит, зевает, а сам лениво так лапой – тык… тык…
Я сначала-то не поняла, в чём фишка. Потом только дошло: Мотька смену отрабатывает!
- Мотя, - сердито говорю я. – Всё! Иди уже отсюда! Достал…
Ой, как обрадовался Мотя! Выполнил миссию: разбудил меня. Теперь наконец-то можно и отдохнуть с чистой совестью.
И спать пошёл.
Или вот Пуня. Ну, той попроще, конечно: она девушка молодая ещё, энергичная, сон для слабаков и всё такое. Но и та иной раз стырит какой-нибудь мячик и гоняет его по прихожей. А у самой вид обречённый: и мячик надоел! И спать хочется! А не положено…
Ну, я, как по протоколу, покричу, мячик отберу – все счастливы и все идут спать.
Мда… а вот Зёма… Зёма молодец. Ему уже по возрасту позволительно не работать. Вот он и не работает! Поэтому если что и делает по ночам – исключительно по велению сердца и зову души. Или по зову природы, конечно. Природа ночью зовёт его в двух случаях: попить и попИсать.
Пьёт Зёма культурно – лапкой. С одной стороны – это аристократично. С другой – практично, ведь в мой стакан на тумбочке морда не пролезает. Зато лапа – прекрасно! Тем более, что Зёма не признаёт, что это мой стакан. Он уверен, что воду на ночь я ставлю специально для него, чтоб далеко не ходить. Наверное, удивляется, что я лоток к кровати не приношу. Хотя могла бы, между прочим!
Поэтому в лоток ночью ходит сердито: гребёт с остервенением, чтобы и соседи тоже поняли, что котика в доме угнетают.
Попив или попИсав, Зёма возвращается спать ко мне в постель. Хотя спит он чаще в ногах, но проходит непременно по моей голове, попутно шлёпнув меня мокрой лапой по лицу. И мне остаётся только гадать: он сейчас попил или попИсал?!
Вот, собственно… я к чему? Не о чём писать! Спят и спят! Спят и спят!