«Помни о смерти!» – этот девиз древних не только таил в себе мистический ужас пред неизбежным и неведомым, но имел вполне реальный жизненный смысл. Помни о смерти – это, значит, помни о скоротечности жизни и старайся наполнить значением каждый прожитый день. Помни о смерти – значит, живи достойно, чтобы оставить о себе добрую память в мире. Помни о смерти – значит, испытывай сострадание к другим людям, потому что никому нельзя избежать общей участи. Помни о смерти – значит, постоянно держи в порядке свои земные дела, чтобы после твоего внезапного ухода близким людям не пришлось что-то срочно доделывать и переделывать после тебя, платить твои долги, разбираться с твоими нерешёнными проблемами.
Помни о смерти – значит, старайся достойно встретить свой последний час, чтобы не застал он тебя среди разврата и пьянства, в непотребном виде, когда душа не готова к встрече с вечностью. Никто не знает час своего ухода, и нельзя всё предвидеть, и всё-таки помни о смерти, чтобы хотя бы частично исполнить своё предназначение и дать оставшимся верный урок долга и чести, мужества, порядочности и доброты.
Спрашивается, а разве нельзя проделывать то же самое, не держа в памяти мысли о неизбежном уходе? Увы, беспечность и нежелание помнить о последнем часе обрушивают на близких людей после внезапного ухода человека не только горе утраты, но и непредвиденные бедствия и страдания. Нет порядка в бумагах, значит, начнётся бесконечная тяжба из-за наследства. А сколько неурядицы остаётся порой в денежных вопросах, сколько неуплаченных долгов, ограбленных людей, оскорблённых чувств.
Конечно, не всё сводится к материальным проблемам, и не у всех ушедших есть наследство, которое можно кому-то передать. Но что может оставить в моральном плане человек, который предательски обошёлся с близкими людьми? Дал ли он кому-то напутствие, позаботился ли о мире и покое в родном доме? Как перебежчик покинул он этот мир, оставив после себя пустоту и горечь.
Странное дело: многие люди, которые так пеклись при жизни о своём нравственном облике, после смерти как будто нарочно постарались застолбить по себе самую чёрную память. Возможно, они этого и не хотели, но, тем не менее, всё сделали, или не сделали для того, чтобы последний путь их устилали не только цветы, но и комья грязи, чтобы оплакивали их уход не только светлыми слезами любви, но и жгучими слезами ненависти и отчаяния.
Бездумное отношение к смерти обесценивает и человеческую жизнь.
Человек живёт так, как будто он вечен: ест, пьёт, веселится и старается не думать о завтрашнем дне. «После нас хоть потоп», – говорил один из самых расточительных французских королей. По-своему он прав: нет никого глупее скупца, живущего в нищете и оставляющего после себя сундуки с сокровищами. Жизнь – это тоже сокровище, и её нужно тратить, а не оставлять про запас, который никогда не пригодится. Но расточитель, как и скупец, не знает цены сокровищам.
Расточать бездумно жизнь и не пользоваться ею – в какой-то мере одно и то же. Наворованные миллиарды, которые не знаешь куда девать, и пропитые последние рубли на весах жизни тянут одинаково. Дни, наполненные жадным стяжательством, так же, как и дни, проведённые в наркотическом угаре, ничего не стоят перед лицом вечности и в одинаковой мере преступны перед судом человеческой памяти. Слава богатейшего в мире царя Креза ничем не лучше славы Герострата, спалившего храм Артемиды.
Как-то исполненный напыщенности Крез спросил афинского мудреца Солона, знает ли он человека счастливее его, лидийского царя. Солон ответил, что счастливым можно назвать лишь того, кто прожил жизнь до конца без горя и невзгод. А называть счастливым человека, ещё живущего – это всё равно что провозглашать победителем и венчать венком атлета, ещё не закончившего поединка. К ответу Солона можно добавить, что и после смерти не каждого человека можно назвать счастливым, если не оставил он о себе светлой памяти в сердцах потомков.
Лёгкой жизни я просил у Бога:
Посмотри, как мрачно всё кругом.
Бог ответил: подожди немного,
Ты меня попросишь о другом.
Вот уже кончается дорога,
С каждым годом тоньше жизни нить…
Лёгкой жизни я просил у Бога,
Лёгкой смерти надо бы просить.
Эти стихи неизвестного автора невольно западают в душу. Но в народе отношение к лёгкой смерти неоднозначно. Человек должен испить до конца свою чашу и осознать свой уход. Дай Бог умереть, да дай Бог покаяться! Если и бывает смерть лёгкой, тем только, что не томят грехи твою душу, и есть кому закрыть твои глаза и заплакать над тобой, и, уходя, ты уносишь с собой огромный и светлый мир, где тебя любили и продолжают любить, и где ты был иногда счастлив.
