В это утро в гости к своему сыну Игорю Моисеевичу Бурштейну приходила его мама. Увидев состояние перманентного беспорядка, обоссанные тапки, ободранную мебель и так по мелочи, попросила что-нибудь от сердца. Ничего кроме валерьянки в квартире не нашлось…
Игорь Моисеевич очень застеснялся и принялся приводить все в порядок. Дело было утром, Бурштейн куда-то спешил и не доделал уборку. Да и как ее доделать, у мебели, что ли, обшивку менять? Ну, недоеденную селёдку с пола, предположим, убрал (положил на стол), а тапки прятать вообще бессмысленно… «Ладно, вечером доубираю», — решил Бурштейн.
Он подвез маму до дома и поехал по своим делам.
Проблем было по обыкновению выше крыши, но ничего такого, от чего появилось бы уныние. Но в этот злополучный вечер оно почти появилось! Войдя вечером в квартиру, Бурштейн, как обычно, позвал Бориса (ударение на о), а то принес этому рыжему молока, а он не откликается!
Пройдя на кухню, Бурштейн, как и мама утром, схватился за сердце! Но почему-то с правой стороны. Посредине кухни лежал он — кот Борис (ударение на о) рядом с недоеденной рыбой и не дышал. Горе какое! Что случилось С Борисом?! На его рыжей морде в полосочку, была, как показалось Бурштейну, легкая счастливая ухмылка. Неподалеку валялся пузырек валерьянки, видимо, его не закрыли, а эта рыжая морда его уронила со стола...
Приметы соответствовали проблеме. На полу еда, кот лежит с протянутыми конечностями, морда повернута не так, пульса нет. Котяра не шевелится.
В Рязани есть частная клиника по зверушкам. Туда несёшь мертвого кота, потом забираешь почти нового. Лечение стоит дороже покупки колхоза. А денег нет! Короче, что делать, Бурштейн не знал.
Может надо звонить срочно в скорую? Спасать друга! Одним словом паника. А зачем звонить, ведь он не дышит. Бурштейн чуть не плакал.
— Дружище! Как ты мог меня бросить в такой момент! — простонал Бурштейн, хотя момент у него всегда был одним и тем же — перманентное состояние острых проблем.
Бурштейн почесал затылок.
Как хоронить котов, Игорь Моисеевич не знал, интернет предлагал различные варианты, но помня историю знакомства с Борисом, Бурштейн нашел коробку, положил в нее кота и понес его к месту первой встречи. То есть на помойку.
Был ещё вариант кремации на костре, но его Бурштейн отмел сразу.
Когда Бурштейн подошел к той самой помойке в микрорайоне Приокский, в коробке, кажется, что-то шевельнулось. Поставив коробку на землю, Игорь Моисеевич в последний раз посмотрел на Бориса (ударение на о). Кот лежал без движения.
— На кого же ты, мой премьер-министр недоделанный, меня оставил? — спросил Игорь Моисеевич, взял веточку и слегка потыкал Бориса в его полосатое пузо. Тут кот открыл глаза и чихнул, и ещё очень недобро посмотрел на Бурштейна.
Кот недоумевал: казалось бы, он как всегда играл, скакал, жрал, потом что-то вкусное лизал с пола и вот внезапно очнулся в коробке возле родной помойки.
Бурштейн с радостью унес Бориса обратно. С тех пор у него дома валерьянки нет. А кот до сих пор иногда недоверчиво на Игоря Моисеевича смотрит. Ну, а Бурштейн теперь Бориса иногда пьяницей обзывает…
Да! Доктор потом сказал, попозже немного, что не хрен валерьянку оставлять на столе, особенно открытую и в больших пузырьках!
Теперь этот рассказ можно послушать в профессиональном исполнении!
