- Сколько время? – проворчала баба Нюра спросонья.- Опять ты поздно. Ох, гляди, девка!
Она вздохнула, повернулась на другой бок и захрапела.
Зоя не спеша разделась, легла в постель. Луна уже ушла к горизонту, в окно был виден только ее свет, проникающий в верхнее стекло окна – нижние стекла были завешены занавесками из белой бязи. Зоя лежала с открытыми глазами. Она понимала, что скоро вставать на работу – уже небо на востоке слегка посветлело, и первые петухи давно пропели, а теперь соревновались – кто громче.
Зоя проснулась от того, что баба Нюра трясла ее за плечо:
- Вставай, девка! Проспишь на работу. А то гулять до утра, а утром не поднимешь, - ворчала она.
На столе уже стоял кувшин с парным молоком – баба Нюра держала корову, несмотря на свой преклонный возраст. Во дворе вовсю шумели утки, кричали воробьи.
Зоя сладко потянулась, быстро вскочила и тут же вспомнила, что было ночью. Настроение сразу испортилось. Она понимала, что все зашло уже слишком далеко, и теперь она зависит от Петра.
- Выпей молока хотя бы! – баба Нюра достала кружку.
Зоя отмахнулась – не до молока! Она вышла и быстрым шагом пошла на работу. Войдя, она бросила взгляд на лавку у стены. «Подушку! Ничего больше тебе не нужно?» - вдруг с неприязнью подумала она.
Петр пришел на мехдвор, где уже собрались механизаторы – трактористы, шоферы. Он поздоровался со всеми за руку, закурил вместе со всеми «Беломор». Говорили о том, что запчасти нужно выбивать чуть ли не с боем, что пора у себя иметь свою МТС, а не гонять трактора за семь километров на ремонт.
- Петро, а ты, говорят, жениться собрался? – вдруг спросил Иван Дудников.
Петр взглянул на него, но с ответом не спешил. Стоящие с интересом ждали ответа.
- А что? Она девка ничего, красивая, фигуристая, чего ж на такой не жениться? – не унимался Иван. – Я б на такой женился.
- Ага, женился бы! Валя узнает о твоих словах – где ты будешь?
- Так я ж не отказываюсь от Валентины! Я просто, к слову.
- Правда, она образованная, не то, что ты, Петро, - четыре класса, - вступил в разговор Федор Иваненко.
- Да причем тут образование? Его что – под подушку положишь? – возразил Николай Пантелеев.
Мужики дружно рассмеялись – все знали, что ему учеба тоже не давалась. Петр понял, что по деревне уже пошли разговоры о нем и о Зое.
- А как же Надюха? – продолжал «допрос» Иван. – Ты что, бросил ее?
- А что у меня было с Надюхой? Ну, пару раз проводил, так что – уже и женихаться? – возмущенно произнес Петр. – И хватит болтать! Пошли работать!
Петр думал о Зое: чем-то она взяла она его. Конечно, не только тем, что позволяет ему все. Что-то в ней есть такое, что привлекает его. Может, и вправду жениться на ней?
В одиннадцать часов привезли почту. Связка газет, несколько журналов, с десяток писем. Зоя отдала несколько писем, вынутых из почтового ящика, повешенного на стене около дверей. Потом она перевела дату на штемпеле и начала штамповать привезенные письма, заодно рассматривая, для кого они предназначены. На одном из конвертов она увидела короткий адрес: «Михайловка, почта, до востребования». Зоя взяла конверт, рассмотрела, кому письмо. Антонине Сиденко. Но ведь она недавно вышла замуж, теперь ее фамилия Колобова. Кто же написал ей, да еще «до востребования»? Как сообщить ей, что здесь лежит письмо для нее? Видно, тот, кто его написал, не хотел, чтобы его принесли домой. Зоя посмотрела на обратный адрес. Иван Петренко, из Ростова. Как же быть? Почтальону отдавать это письмо нельзя – оно «до востребования», его нужно отдать, когда его «востребуют». Но ведь Тося может и не знать, что оно есть. Впервые Зоя столкнулась с такой проблемой. И спросить не у кого. Хотя скоро придет дядя Вася со своей брезентовой сумкой, и Зоя расскажет ему, ведь Тося – его дочка.
Зоя задумалась. Что там, в этом письме? Почему «до востребования»? Ладно, какое ей до этого дело? Ее обязанность – принять и выдать корреспонденцию. А вот и дядя Вася.
- Ну, что у нас сегодня? – дядя Вася бросил сумку на лавку. – Много там?
- Да нет, немного. Правда, есть одно письмо, которое я не знаю, как доставить.
- А чего тут думать – давай его мне в сумку, и я отнесу кому надо.
- Да тут написано «до востребования».
- Это еще что такое?
- Ну, его нельзя нести домой, нужно, чтоб за ним пришли сюда.
- И кому ж такое письмо?
- Тосе вашей...
- Тоське? От кого ж это?
- Вот, смотрите...
Дядя Вася взял письмо, всмотрелся в написанное. Потом бросил конверт на стол, выругался.
- Вот же... Не успокоится никак! Вышла Тоська замуж! Все! Чего еще надо?
- А кто это? – спросила Зоя.
- Был тут у нее ухажер, голову задурил и уехал. А потом письма стал писать, зовет к себе, мол, не может без нее жить.
- А Тося что?
- А что Тося? За Женьку вышла, скоро дите будет. А этот опять баламутит!
- Что же делать, дядя Вася? Она ж любит Женю? Значит, все будет хорошо. А письмо...
- Да не отдам я ей это письмо! Ишь ты – до востребования! Требует он! Ладно, Зоя, я забрал его! Давай, что там мне сегодня разносить?
Почтальон ушел, а Зоя задумалась. Что будет дальше? Как его распознать, счастье-то? Может, Тося зря отказалась от этого Ивана? А как узнать, что на уме у Петра? Зачем она ему? Сегодня же прямо спросит его об этом. Не ждать ведь, пока что-нибудь случится...