Розе Ивановне стукнуло пятьдесят один год. К своему возрасту она родила и вырастила двоих дочерей, построила с мужем бизнес за тридцать лет совместной жизни и имела в наличии геморрой. Геморрой не беспокоил, пока, в прошлом году ездила на операцию. А вот муж беспокоил, ещё как беспокоил.
Василий гулял. Жену любил, но изменял. Привычка. Куда бы не поехал, с кем бы не гулял, но ночевать возвращался всегда домой. Ложился рядом с Розой и засыпал как ни в чем не бывало, ангельским сном. Первое время Роза Ивановна скандалила, била посуду, забирала детей и уходила к маме. Василий приходил к её матери, стучался в окно, в дверь, заходил домой и ложился рядом. Так и жили. Роза Ивановна махнула рукой, здоровье дороже. Василий всегда возвращался к ней, и она смирилась.
В прошлом году в их конторе появилась Аля, худенькая как ива, но с наливным, как у яблони плоды, бюстом. Аля оказалась дерзкой, но умной бабой. Роза Ивановна Алю оценила сразу, как главный бухгалтер порадовалась сильному специалисту, а как жена Василия, решила понаблюдать со стороны. Роза Ивановна догадывалась, рано или поздно, Василий клюнет, не сможет пройти мимо таких наливных... И возраст, что в дочери годится не остановит.
Всю прошлую неделю Василий радовался новым заказам, дело его шло, подумывал построить и сдать в аренду новый торговый центр. Даже название придумал «Роза 2». Ну, просто «Роза» торговый центр уже стоял и приносил немалый доход.
О новенькой сотруднице он уже был наслышан. Знакомиться не торопился, возраст, да и жена рядом, нехорошо. Раньше он не заходил так близко, держал своих баб подальше от жены.
Аля сама пришла. Принесла какие-то отчёты, оставила их на столе. Подняла свой высокий бюст и прикрыла томно глаза.
— Вас, Василий Игоревич, всё устраивает?
Василий посмотрел, оценил фигуру. Недурна, ох, как недурна. Похожа на его первую любовь.
— Смотря, что вы Алевтина подразумеваете под всем?
Аля притворилась, что смутилась.
— Я... Я про мою работу.
— Ах, вы, про работу?! — подыграл Василий, — Ну, это уж пусть Роза Ивановна оценит. Я по другим делам мастер.
Их любовная связь началась энергично, в тот же день. Роза Ивановна терпела. Правда, были моменты, пару раз или десятку пару раз, хотелось так и врезать этой молодой бабëнке. Аля расцвела, а через пару месяцев поплыла. Роза Ивановна первая заметила, что Аля забеременела. Кто отец, можно было не гадать. Жалко дуру, молодая, ещё. Жить бы и жить для себя.
Роза Ивановна вызвала Алю в свой кабинет.
— Закройте дверь, Алевтина Семёновна. У нас с вами серьёзный разговор намечается. Вы ведь не думали, что Василий уйдёт к вам?
Аля вытянулась перед Розой Ивановной.
— Это вас не касается.
Роза Ивановна рассмеялась.
— Как же, как же. Вы ведь не первая, много таких. Только те сами решали свой вопрос. А тут вы! Молодая, жалко мне вас. Василий всегда мечтал о сыне, а я ему кроме дочек не смогла сыновей родить. Знаете уже кто?
Аля кивнула.
— Значит так, сегодня последний ваш день работы. Завтра переведëтесь к моей знакомой. Я договорилась. Сына назовёте как Василий скажет. Захочет, будет видеться, но только с ним, чтоб вас рядом не было, уяснили. Нет, так нет. Он свой выбор сделал давно. Дам вам один бесплатный совет как старшая младшей — у вас вся жизнь впереди, готовых мужиков, с домами, квартирами и с бизнесом делают их жены. От жён они не уходят, зачем? Таких, как мы, надо ещё найти, а главное — беречь. Если я уйду, то оставлю его ни с чем. А вам нужен старый мужик, с брюшком и лысиной, без крутой тачки и бизнеса? Подумайте, хорошенько подумайте, и на будущее, не лезьте в чужую семью, лучше постройте свою с парнем вашего возраста. Вы — девушка дерзкая, постараетесь, может и вырастите своего бизнесмена.
Вечером Роза Ивановна спросила мужа.
— Где был?
— С Серёгой задержались, место выбирали для нового торгового центра. Обсуждали проект.
— А Серёгу жена не потеряла?
Василий промолчал, поцеловал жену в висок и повернулся спать.
Врёт, — подумала Роза Ивановна, — значит не хочет менять. Всё останется по-старому. Муж в доме, при ней. Можно подумать, что для нее это новость. Хоть бы раз, поступил по-мужски. С другой стороны, может быть, именно эти бабы на стороне и сохранили её семью?!
В глубине души Роза Ивановна не обвиняла мужа. Она обвиняла этих недальновидных глупых баб, которые лезут к чужую семью, вместо того, чтобы завести и построить свою собственную. Роза Ивановна презирала каждую, как воровку, которая ворует вместо того, чтобы идти работать. Тяжело работать.
Как же всё надоело! Когда это всё закончится? Когда, когда, — тут же отвечала себе Роза Ивановна, — когда у мужа спереди шланг перестанет работать. А пока остаётся терпеть, принимать и любить такого мужа, какой есть. Она выключила ночник, потянула к себе одеяло и уснула рядом с мужем.