Когда Сережа в пятый раз за полчаса открыл холодильник и принялся разглядывать содержимое, дядя Вася одобрительно качнул головой и сказал:
— Сережа, ты все делаешь правильно. Только не суетись. Наберись терпения. Открыл — и стой. Жди.
— Чего ждать-то? — хмуро сказал племянник. — Все равно там ничего нет.
— Во-первых, есть. Селедочки немного за аджикой, — сказал дядя. — А во-вторых, я думал, ты знаешь поверье.
— Какое еще поверье?
— Если достаточно долго смотреть в холодильник, там что-то появится.
— Ха... — сказал Сережа, напрягаясь. — Ха-ха. А что появится-то?
— Разное. Перед одним появилась индейка в вакуумной упаковке. Другой насмотрел сырную нарезку. Еще один — бутылочку бренди. А четвертому не так повезло. Упаковка соли крупного помола. Но всё-таки!
— Шутишь все, дядько, — сказал племянник и брякнул дверцей холодильника.
— Осторожно, Сереж, дверцу сломаешь. И напрасно ты думаешь, что я шучу.
— Ага, ага. Тогда бы никто в магазины не ходил. Все торчали бы возле своих холодильников и смотрели.
— Терпения у людей не хватает, — пояснил дядя. — Все спешат, торопятся.
Дядя взял книжку Владимира Сорокина и пошел на свой любимый диванчик.
Через час он пришел на кухню попить чаю и увидел, что племянник сидит на стуле перед раскрытым холодильником. Сережа положил голову на руки, сведенные бутончиком, а правой коленкой удерживал дверцу.
— Так, так, — сказал дядя. — Вот это молодец.
— Сколько еще сидеть? — тоскливо спросил племянник.
— Как повезет. Тот, с индейкой всего пару часов сидел. А с солью — неделю.
Сережа тяжело посмотрел на дядю.
— Не надо, Сережа, — сказал дядя Вася. — Мне и так после Сорокина непросто. У него в этой книжке один мальчик кушает экскременты своего учителя. Ладно, оставь ты это занятие. Нам с тобой есть на что смотреть.
Племянник кивнул, закрыл холодильник и обнял дядю.
— Давай по чайковскому, — предложил Сережа.
Они попили цейлонского чаю, а потом пошли на огород смотреть, как коты орут в капусте.
— А вот я слышал, если долго смотреть на орущих котов в капусте, появится Владимир Сорокин, — сказал Сережа.
— Запросто, — охотно согласился дядя. — С Пелевиным в охапке.
А тут весь дядя и племянник и всё, что я знаю о них (немного)