17 ноября 1982 года в Дворце им. Ленина в Баку состоялась премьера одноактного балета Бориса Эйфмана «Легенда» на музыку Тимура Когана. Литературной основой постановки стали ветхозаветные книги Екклесиаст и Песнь песней Соломона, однако в стране, где господствовала атеистическая идеология, обращение к подобным источникам было рискованным как для хореографа, так и для коллектива.
"Я люблю черпать свои идеи из литературы, но речь идет не об иллюстрации, а о выражении того, что стоит за словами, — рассказывает Борис Эйфман. — Моя цель не столько рассказать историю, сколько выявить главные идеи и эмоциональную ценность. Вдохновленный этим, я создаю свое оригинальное произведение. Таким образом, текст первоисточника для меня — точка отсчета и ориентир. Но источник никогда не довлеет над ходом моей мысли во время постановки и не определяет конечный результат".
Поэтому в балете вместо конкретных персонажей появились идеи и концепты: царица Астис превратилась в образ Власти, а Суламифь - в образ Любви. Но несмотря на иносказательность и метафоричность, религиозно-философский тон постановки не позволял худсовету однозначно принять спектакль. Балетовед Арсен Деген, присутствовавший на заседании худсовета, вспоминал:
"Легенду" сдавали летом, да еще в неком физкультурном зале на окраине Ленинграда. Тогда труппа Эйфмана не имела даже своего репетиционного помещения, снимая различные спортивные залы. Представьте себе библейскую притчу между баскетбольными кольцами! Приглашенных гостей посадили на стулья у стенки. Когда кончился прогон, то выяснилось, что для участия в худсовете балетных критиков не обнаружилось. Меня велел вернуть с улицы председатель совета, вероятно знавший, что я пусть независимый, но балетный критик. Я понял, что запрещать им не хочется, но сомнения по поводу уж очень несоветского сюжета (может быть, даже иудейского) их тревожили. Дали слово сразу, я активно, не кривя душой, хвалил, упирая на вечные темы и проблемы добра и зла. Про Соломона и Библию не упоминал, напирал на Куприна и восточный характер сюжета и музыки. Старался убедить, что принять не опасно. Было жарко, после меня что-то о "современных поисках" говорили певцы. Короче, спектакль приняли даже без замечаний".
Представление в Баку, а затем и ленинградская премьера (состоялась 4 декабря 1982 года в БКЗ «Октябрьский») произвели невероятный фурор у публики. Первыми исполнителями главных партий стали Сергей Фокин (Царь), Валентина Ганибалова (Любовь), Виктория Гальдикас (Власть), Николай Козлов, Виктор Кругликов и Рустам Куприев (Мудрецы).
Спектакль ожидала яркая гастрольная жизнь. С 1982 по 1989 год труппа представляла «Легенду» в Польше, Латвии, Югославии, Белоруссии, Молдове, Украине, а в 1988-м — в Тулоне на фестивале «Chateauvallon» в рамках первых гастролей коллектива во Франции.
«Легендой» — балетом-притчей, поставленным в 1982 году, Борис Эйфман пытается, как в большинстве своих произведений, выразить трудности человека в современном мире, его вечную борьбу за самоутверждение. Местами проскальзывает видение балетов Баланчина, Пети, Бежара, даже Григоровича. Но у Бориса Эйфмана есть совершенно свои персональные качества — сила и необузданность. Эйфман — хореограф, умеющий построить балет, организовать большие, сложные, эффектные композиции. Он требует от своих исполнителей колоссальной технической отдачи. Используя классический словарь, он иначе его трактует, постоянно ищет новые положения в адажио, эротически смелые, ставшие возможными сегодня благодаря Бежару. Борис Эйфман остается неоклассиком. Это не революция, но явная эволюция. Он не только сделал большой шаг вперед, но и обозначил точку отправления, начало, нового танца» (из статьи Рене Сиревен «Советский Бежар», опубликованной в газете Le Figaro 29 июля 1988 года).
В 1987 году в Эстонии была снята телеверсия спектакля под названием «Прозрение». Процессом производства фильма руководил режиссер-постановщик Феликс Слидовкер, который также перенес на экран балеты Бориса Эйфмана «Идиот» и «Подпоручик Ромашов».