О чем бы вы говорили с человеком, стоящем на крыше?

Так уж вышло, что я больше 6 лет проработала в сфере экстремальной психологии и эта тема достаточно часто меня касалась.

Я всегда говорила с той частью, которая по каким-то важным и весомым причинам не делала шаг вниз, которая соглашалась говорить со мной, рассказывать о боли и страхах. Всегда находилась внутри та сторона, которая про жизнь: в ней встречался страх умереть, желание сделать важное, любовь к близким и многое другое. И мы часами говорили о том, почему так важно сделать шаг в мою сторону, а не в сторону улицы.

Когда вокруг рушатся миры, когда сложно сфокусировать себя на привычных вещах, которые спасали до этого, тогда приходит время этой части нас, которая про жизнь. Сложно искать новые смыслы, когда над тобой висит Дамоклов меч. Но одна женщина спустилась с подоконника, потому что поняла, что никто не позаботится о кошке, если ее не станет. Смыслы не обязательно должны быть глобальными и необъятно глубокими. Если сегодня помогает жить забота о ком-то, возможность обнять друзей или возможность еще раз прийти в свою уютную квартиру – это нормально.

Я вообще не сторонник того, чтобы искать лучшее в худшем, потому что, чтобы смыслообразовать что-то, нужно сначала это пережить, оказаться в безопасной обстановке, прожить все чувства и осознать последствия, а потом уже задавать вопросы из разряда: «Чему меня это научило?». Милорад Павич писал: «Когда жизнь переворачивается с ног на голову, пропасть под ногами не становится небом» – и это очень откликается во мне, когда я говорю про кризисы и утраты. Как только мы перестаем делать вид, что ничего не произошло, или произошло, но на меня не повлияло, сразу становится честнее и понятнее. Вот часть меня, которая говорит: «За что мне это?» и другая, которая произносит: «Это не конец, под ногами пропасть, но у меня есть за что держаться».

У одной моей чудесной подруги есть совершенно прекрасный, но легко возбудимый пес. И каждый раз, когда мне хочется говорить с ним максимально милым и дурашливым голосом в моменты его гиперактивности, она напоминает: «Говори с ним, как с суицидентом». И сейчас я говорю каждому, кто запутался, не знает как жить, и не видит перспективы: в минуты отчаяния бывает важно поговорить с собой, как с человеком, стоящим на парапете. Послушать ту часть, которая о жизни. О чем она? О надежде, о желании обнимать близких, о смыслах или о других очень важных вещах. Может быть, она о том, что пока можно пробовать, еще не все окончено. Или о том, что времена случаются разные, а люди остаются, влюбляются, обнимаются и верят. Мы можем слышать ту часть, которая говорит, что уже ничего никогда не будет хорошо, но мы не обязаны идти за ней. Мы вправе выбирать. Прямо сейчас попробуйте ответить себе на вопрос: «Моя часть про жизнь, она о чем?».

Автор: Анастасия Кекк
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru