Бодрая музыка вводит нас в мир, в котором жили сильные мира того – во дворец раджи Дугманты. Он доволен: сегодня собирается порадовать свою дочь замечательным женихом. А вот и она, Гамзатти – красавица! Позвали и его. Знатен, богат, хорош собою. Зовут его Солором. Дугманта напоминает ему о свадьбе с дочерью. Молодой человек приходит в смятение. Почему – зритель понимает. Ведь идет уже вторая картина балета «Баядерка».
Он любит баядерку Никию и даже предложил ей бежать с ним. Это – понятно почему. Обычно непонятно другое: почему он не посмел ослушаться. Он – воин, сильный, богатый, уверенный в себе, на тигров охотится. И он же, весь потерянный, позволяет соединить их руки.
Зритель начинает искать ответ в либретто, и обычно читает в них примерно такое:
Солор в растерянности: он не смеет отказаться от высокой чести, однако он любит Никию и дал ей клятву верности!.. (Мариинский театр)
Но воспоминание о баядерке Никии и клятве, данной ей, приводит его в замешательство. (Большой театр).
Думаю, дело в том, что «Баядерка» – очень старый балет. Изначально – 1877 года. А мастера балетоведения повествуют нам, что тогда таковая цель, чтобы балет был понятен целиком и полностью без сопутствующего текста – не ставилась. В общем и целом – понятно было, а для деталей были подробные программы. Сейчас они уже не настолько подробны.
Но вы могли заждаться объяснения. К нему и подвожу. Либретто М. Петипа 1877 года:
– Тебе, кажется, уже давно известно, – обращается к нему раджа, – что на днях должна быть твоя свадьба с моею дочерью1.
– Но, государь, – отвечает в замешательстве Солор, – я совсем не приготовлен к этому…
Почему? Но что я вижу: цифра? Примечание подстрочное. Вот оно:
Браки у индийцев заключаются, когда девочкам не меньше семи и не больше девяти лет, а мальчикам от двенадцати до четырнадцати лет. После долгой брачной церемонии, на которой присутствует брамин, невеста возвращается обыкновенно в родительский дом, где остается до возмужалости. Тут опять новая брачная церемония, с другими формальностями. – Прим. авт. либретто.
Вот оно что!
– В детстве ты был объявлен женихом Гамзатти, а теперь вам нужно вступить в брак.
Должооок!
Жил себе молодой человек в свое удовольствие. Ему, скорее всего, немного за 20. В детстве он был объявлен женихом некой девчонки лет на 3–7 младше себя (как гласит компетентный комментарий) – да и не видел ее с тех пор. А вот и неправильной оказалась традиция: с глаз долой – из сердца вон… хотя ее там и не бывало, значит, вообще вон. Охотясь в лесной чаще, он познакомился с баядеркой… Любовь, откуда ты берешься? Встречи, предложение бежать, клятва в верности… А тут эта девчонка – не простая, и, главное ее папаша… Было чем быть оглушенным.
Солор знает, что умилостивить раджу невозможно, и чувствует себя совершенно уничтоженным этим фатальным приказанием.
Эти пантомимные сцены длинны только в текстах. На сцене они проходят довольно быстро. И вот уже Дугманта велел всем удалиться, потому что ему хочет что-то секретное сказать Великий Брамин.
Опасный план отвергнутого
Он объявляет, что Солор не любит Гамзатти, но обожает баядерку, с которою видится каждую ночь, и хочет вместе с нею бежать.
Но брамин фатально ошибся в ожидаемой реакции на это раджи. Он сам был безнадежно влюблен в баядерку, захотел устранить соперника и подумал, что Солору влетит от раджи ого-го как, вплоть до смерти. Соперника устранить – логично? Логично. Но у раджи другая логика. Баядерку эту надо устранить!
Брамин в ужасе аргументирует: это навлечет гнев бога Вишну!
Но раджа, наверно, неверующий. Может, исторически и нелогично, но драматургически оправдано. Дугманта вовсе не обращает на аргумент внимания и с кровожадным удовольствием даже рассказывает брамину, как он это сделает. По крайней мере так гласит либретто:
Раджа, однако, не хочет ничего знать и объявляет брамину, что завтра, во время празднества в честь Бадраната, Никия будет, по обыкновению, танцевать с цветами...
Ну, дальше сами знаете. Чтоб мы потом не удивлялись, почему брамин оказался подготовленным.
Две соперницы
На самом деле так вполне официально называлась вся вторая картина.
Итак, меж тем Никия находится во дворце «при исполнении обязанностей». А Гамзатти подслушала разговор, ужаснулась и велела позвать баядерку к себе в покои – поговорить:
Она хочет услышать от самой баядерки, правда ли, что Солор обожает ее.
Результат вы знаете – потрясающая сцена двух соперниц.
Но поначалу ее стресс не виден. Она все с тем же достоинством, уверенностью говорит «Нет, он мой! Он поклялся!». Никия не теряла лица. Зато его потеряла царевна Гамзатти.
Дальнейшее поведение Никии для меня почему-то трудно объяснимо:
«Никия схватывает кинжал, который случайно попадается ей в руки, и бросается на свою соперницу».
Потому, что это не вяжется с ее образом, который мы видели до сих пор. Оно ей надо, в состоянии аффекта резать эту Гамзатти? Или только припугнуть?
Гамзатти, конечно, испугалась, но не сама ли виновата: в собственной комнате ножи разбрасывает! Но и понять ее можно: она сама в шоке, ей не до подготовки встречи было…
Невольница спасает свою госпожу. Никия потрясена своим поступком, и убегает из дворца. А Гамзатти показывает публике недвусмысленный жест. Отец бы гордился дочерью: «Вся в меня!».
А это не просто запись, а первая запись раритетного тогда, шедшего только в Кировском театре, балета, 1979 год.
Спасибо, что дочитали очередную серию сериала о балете «Баядерка»!