В последнее время в новостях появляется много упоминаний о так называемых экоактивистах, которые приклеивают себя к великим произведениям для того, чтобы их показали по телевизору и они смогли донести свою экоактивистскую мысль до широкой общественности.
Случаи нападения на картины уже были зафиксированы в Лувре, Национальной галерее и Королевской академии искусств в Лондоне, Галерее Уффици во Флоренции, Национальной галерее Виктории в Мельбурне и других музеях.
Как экологические проблемы связаны с работами великих художников? Быстро разберемся
Начало: торт в «Мону Лизу» и боязнь засухи
Клейкие акции начались весной текущего года с мужчины, который пришел в Лувр под видом пожилой женщины на инвалидном кресле и попытался пробить защитное стекло «Моны Лизы» Леонардо да Винчи, а затем бросил в нее тортом.
Позже двое известных, но не будем приводить их имена, приклеили себя к раме картины Винсента Ван Гога «Персиковые деревья в цвету» в лондонской Галерее Курто, призывая правительство прекратить лицензирование и добычу ископаемого топлива. Это произошло на фоне предупреждений о том, что регион, послуживший натурой для работы великого голландца, скоро может столкнуться с засухой.
Ну и дальше понеслось.
Кто все эти люди?
У радикальных экоактивистов есть своя сеть, которая называется A22 Network и включает 15 организаций по всему миру. Сами террористы, простите, активисты, утверждают, что картины они вовсе и не портят, а приклеиваются к защитному стеклу или к раме. То, что рама иногда является частью произведения, активисты, очевидно, не знают. Для этого нужно читать что-то большее, чем погодные сводки.
Какие произведения выбирают вандалы?
Для них важно, чтобы картина была как можно более ценной и дорогой — таким образом они пытаются продемонстрировать, что люди защищают и берегут «какую-то там картину», но совершенно не берегут землю, на которой живут. Мысль, казалось бы, приятная, но транслируется отвратительно.
В чем проблема, если вандалы нападают на стекла и стены, а не на сами картины?
Многие известные картины экспонируются без стекол. Это улучшает опыт зрителя, который смотрит на картину, прежде всего за счет отсутствия бликов, но значительно снижает защищенность самого шедевра.
Иногда картины настолько большие, что поместить их в защитный прозрачный саркофаг просто невозможно — они станут плохо видны, а сама конструкция получится чудовищно громоздкой.
Свежа ли эта идея?
Совершенно не свежа. Активисты привлекали внимание к социальным проблемам через нападение на искусство еще 100 лет назад.
Показательный пример — известное покушение на «Венеру перед зеркалом» Веласкеса, произошедшее в 1914 году в Лондоне и напрямую связанное с движением суфражисток. Целый ряд покушений в американских провинциальных музеях был вызван протестом против того, что там экспонировалось в основном общемировое искусство, а не локальное искусство их города или штата.
Почему в России эта мода еще пока не прижилась?
И не приживется. У нас намного более суровые законы и наказание за нападение на искусство — очень серьезное.
Так, согласно российскому законодательству, уничтожение или повреждение объектов культурного наследия квалифицируется как уголовное преступление. Предусмотренные по нему наказания включают в том числе штраф в размере до 3 млн рублей и лишение свободы на срок до трех лет, а в случае, если речь шла об особо ценных объектах, сумма штрафа может достигать 5 млн рублей.
Остается наблюдать за новостями и молиться, что все мировое безумие когда-нибудь закончится, а великие картины — останутся.