Я ушёл в море, на рыболовецком судне в Тихий океан, на полгода, как это было принято тогда в Советском Союзе. Настя осталась дома. Она была счастлива именно потому, что была несчастна. Если бы я был постарше и опытнее, я бы не решился жениться на девушке такого психического склада. Каждый мужчина хочет сделать счастливой свою избранницу, но в данном случае это было невозможно. Представьте себе человека, которому всегда плохо!
Мне природа посылала отдельные сигналы, но я их не слышал или не понимал. Все мы изучали философию в институтах, такое было время (а также историю КПСС). Так вот Настя писала курсовую по философскому течению, называемому ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ. По сути это просто мрачное умонастроение, но в своё время очень модное. Её захватывала эта теория, поскольку совпадала с внутренним мироощущением.
Я же, напротив, всегда считал, что человек рождён для радости и удовольствий и созвучная мне философия - ГЕДОНИЗМ. Мы спорили, и она называла меня «одноклеточным». В море, однако, экзистенциализм ну совсем не нужен, особенно в полугодовых рейсах. Полгода без женщины - это испытание. Для таких как я особенно, а для таких как Настя - наоборот.
С одной стороны хорошо, не склонная к измене жена моряка ... Но плата за это оказалась слишком велика. Мне было трудно, но жена не писала, не отправляла радиограммы, чтобы меня поддержать, она была слишком занята собой и только отвечала на мои вопросы. Это было обидно, но я приспособился, хотя в этом рейсе у меня не было женщины.
Судовая жизнь в то советское время была устроена примерно так. Из 75 человек экипажа женщин всего 5. Из них буфетчица по негласному закону -для капитана. Остальных разбирают уже в начале рейса те, кто готов потратить часть зарплаты на свою морскую подругу, и у кого есть такая возможность, то есть отдельная каюта. Остальные «сосут лапу».
Официально это не поощрялось, поэтому в отделе кадров старались набирать в рейс женщин как можно менее привлекательной внешности, дабы не провоцировать драки среди обезумевших от длительного воздержания мужчин. Известен случай, когда наниматься поваром пришла очень некрасивая женщина, ну просто редкая «баба-яга» и спросила: «Вы меня возьмёте?»
«Возьмём, возьмём, - ответили ей, пришедшие в восторг кадровики, - а сестры у Вас нет?»
Но на берегу это выглядит как троллинг, а в море, особенно во второй половине рейса любая женщина вызывает восторг, потому что она женщина, и она всегда права, а мужчины неправы.
И вот, примерно в такой половой обстановке прошёл мой первый рейс. Обратно судно шло в порт своим ходом через Ла-Манш. Перед самым домом был заход в Копенгаген. Я сходил к памятнику русалочке великого сказочника Андерсена, сфотографировался и мысленно посетовал ей на свою семейную жизнь.