Родители держали поросят. Вся мелкая картошка с огорода шла им (в погребе ссыпали её отдельно), покупали серый хлеб по 13 коп (с комбикормом было туго в наших краях), в большой кастрюле на печке мать варила ячневую кашу. Вот с крупой проблем никогда не было – бери сколько хочешь, стоила ячка сущие копейки (в буквальном смысле).
Были у нас в гостях мамина сестра с мужем (я неоднократно упоминал его в своих статьях, ссылка в конце публикации). Печка потихонечку топится, по обыкновению мать поставила на плиту кастрюлю варить кашу для поросят. Сама пошла в магазин.
Отец во дворе возится по хозяйству. Временами зайдёт в дом, проконтролирует процесс варки и снова во двор. От бабушки с дедушкой (жили от нас неподалёку) пришёл дядя-железнодорожник. Не знаю как так получилось, но пришёл он голодный. Хлопает себя по животу:
– Перекусить бы чуть-чуть не помешало.
Отец ему говорит:
– Супруга пока в магазине, иди в дом, перекуси что под руку попадётся. Заодно за печкой приглядывай, что бы не потухла.
Дядя пошёл в дом. Заглянул в топку – угли теплятся малость, на плите кастрюля стоит. Снял крышку, а там каша томится. Открыл холодильник, плеснул в рюмашку холодненькой самогоночки. Одним залпом опрокинул в себя горячительный напиток – чистый как слеза, занюхал куском белого хлеба. Вооружился ложкой и, не отходя от плиты, с аппетитом стал уплетать ячневую кашу.
Наелся. Только-только положил ложку, из магазина вернулась мать. И отец на обед заходит. Дядя жалуется:
– Каша несолёная. Посолить что ли забыла?
Мать поначалу не поняла:
– Какая каша? Я не варила кашу.
Дядя показывает на плиту:
– Ну как же не варила? Вон, в кастрюле.
Мать взмахнула руками:
– Э-эх! И ты её ел?
Дядя кивает:
– Да. Сверху посолил для себя.
Мать открыла крышку, заглянула в кастрюлю. Убавилось заметно. Отец хохочет, дядя ничего понять не может. Мать от смеха слёзы на глазах вытирает:
– Ты ж поросячью еду ел! Как же ты не догадался-то?
Дядя видит, что попал впросак:
– А под самогоночку да на пустой желудок каша хорошо пошла. Несолёная только.
Отец смеётся:
– Поросят объел. Теперь хрюканы голодными останутся.
Дядя улыбается:
– Я же не всю кашу съел. Я им тоже оставил.
Отец шутит, обращаясь к маме:
– Быстрей корми поросят, пока зятёк всю кашу не съел.
Дядя уже сам хохочет:
– А кроме каши ещё что-нибудь есть поесть?
Мать ему:
– Толчёнку с котлетами будешь? Солёная!
Дядя соглашается:
– Буду!
Сели за стол, отец ещё плеснул самогоночки в рюмашки. Кастрюлю с толчёной картошкой мать всегда укутывала в телогрейку на диване. Поэтому дядя и не обратил на неё внимания – лежит ну и лежит свёрнутая телогрейка у подлокотника. А то, что внутри кастрюля с картошкой, он и подумать не мог. Зато кастрюлю на плите с кашей не заметить попросту было невозможно.