О спектакле театра «STER» «Разве я не любила тебя?» (премьера 19 ноября 2022, Москва)
Пьеса современного автора Александра Игнашова — финалистка конкурса «Крупицы истории», о котором я писала не так давно. Она представляет собой непрерывный монолог дочери Марлен Дитрих Марии Ривы. Это монолог-воспоминание, монолог-раскаяние, монолог-обвинение, местами переходящий в диалог с усопшей матерью. Пьеса весьма любопытна и достаточно глубока, но представляет собой чистый монологический текст, почти конспект книги Ривы "Моя мать Марлен Дитрих", без авторских ремарок и напутственных примечаний постановщикам. Именно поэтому интересно ее сценическое воплощение.
Московский театр "STER" создал стилистически отточенную вещь, воссоздающую стиль и образ ушедшей эпохи середины прошлого века — времени, когда женщины набрались решимости надеть брюки, закурить сигареты, запеть низким голосом. При этом они ухитрились остаться вызывающе сексуальными и ослепительно прекрасными.
«Девочка моя, как мне тяжело жить! Я всегда и во всём ищу прекрасное, это и мешает мне жить. Во время войны в людях была красота, теперь она исчезла. Каждый думает лишь о том, как бы превзойти другого, как обойти закон. В людях нет ни радости, ни сострадания. Все заняты, все зарабатывают деньги, все только и думают, что о деньгах» - печальные слова Марлен Дитрих звучат легким упреком нашему времени из ушедшего далека.
На сцене — грустная и шокирующая история о равнодушии и любви, царственности и стиле, соприкосновении душ во времени и пространстве, о прощении и вечной красоте, над которой не властно время и перед которой бессильна смерть. О красоте, которая бессмертна.
Актерская работа Надеждой Исаевой — абсолютно точное попадание в образ.
Когда она медленно и величаво описывает в воздухе невидимую дугу с сигаретой в руках — мы видим Марлен.
Наряду с попаданием в надменно-холодноватую Дитрих мы угадываем в ее игре неуловимо русский женский образ, милый, теплый, очень родной. Как тонко и точно передана актрисой фраза Марлен: «Я русская душой!»
Красота, неувядающая внутренняя и осыпающаяся внешняя, боль, смерть, болезнь, время — и борьба с ними. Постоянное сражение за ускользающее великолепие, невозможность прекрасной женщины, в которую влюблялись выдающиеся интеллектуалы прошлого века, смириться с угасанием, страх перед неминуемым концом, нравственный самоанализ — вот о чем пьеса. Вечный сюжет о тлене и упрямом движении к жизни.
Образ Марлен — на сцене и в жизни — всегда на грани величия и пошлости, вульгарности и трепетного искусства. Как известно, «где кончается чуть-чуть, там кончается искусство». Исаева все время балансирует на грани чрезмерности, но никогда не преступает ее.
Личность царственной матери дана глазами дочери. Главная героиня — дочь. С детства жить в тени матери-звезды, каково это? Сколько боли, обид, оскорблений, взаимных упреков накопилось в ее душе за долгую-предолгую жизнь (Марлен умерла девяноста лет от роду!). Все они и выплеснулись на сцену.
Отдельно хочется отметить блестящий дар перевоплощения актрисы, ведущей обе роли — мы узнаем персонажей не только по лексике и интонации, но даже по тембру голоса. Марлен и Мария. Такие разные. Такие близкие. Такие несчастные. Такие вдохновенные. Такие живые.
Образ усопшей матери на сцене материализован актрисой Марией Мелик-Пасадановой. Он молчалив, однако вносит в действие нотку потусторонности и дополнительное движение.
«STER» хорош стремлением к проникновенной драме. В то время, когда большинство зрелищ тяготеют к легкости и развлекательности, театр Алексея Гусарова не боится вечных тем. Этим и интересен.
А решает он их яркими, зрелищными, сугубо театральными эффектами: костюмы, освещение, музыка, пластика, грим — весь сценический образ работает на достижение максимальной выразительности минимальными средствами. Чистый театр, кристальное мастерство.
В руках Надежды Исаевой даже воздушный алый газ превращается то в кровавый поток, то в багровую дымку воспоминаний, то в младенца, в зависимости от того, чей образ воплощает на сцене актриса: испуганной девочки-подростка, оскорбленной женщины, тоскующей дочери, нежной матери.
Несмотря на драматизм и накал сценического повествования, на шокирующие признания дочери и убийственные факты жизни матери, финал вылеплен светло и задушевно. Красота неисчерпаема, и стремление к эстетическому совершенству непременно выведет из сумрака. Милосердие и надежда — то, что спасает героиню и ее мать. То, что в конечном итоге спасет и нас.