Марсель тоже очень быстро проникся атмосферой фермерского быта, теперь уж и он был согласен с тем, что труд и любовь к Родине этих людей должны быть запечатлены, как минимум на фресках местного клуба, а как максимум в Музее Народного Труда МНТ! Но больше всего ему запомнилась одна очень молодая особа, с прекрасным итальянским именем "Мари".
Маша, как называли девушку деревенские, была очень серьезной и умной, она была лучшей ученицей в школе и как лучшая ученица и активистка Маша с еще одной своей подругой Галиной встречала зарубежного художника с караваем и солью по древней традиции. С тех самых пор Мари больше не покидала мысли молодого француза.
***
Художника подселили к одной одинокой старушке, которая когда то в первых рядах прибыла на обустройство поселения. Сын ее погиб во время гражданской войны, поэтому глухой лес стал для нее теперь родным домом.
Марсель в принципе заметил, что эти люди, жившие давно в этом поселке, а ещё больше те которые родились на этих лесных угодьях, ведут себя очень непривычно, для городского человека. Не раз художник замечал, что какой то местный мальчуган замрет на месте, словно прислушивается к чему-то, а когда чужеземец пытался расспросить о том, чем это мальчуган занят, тот только отмахивался, не утруждая себя объяснением. И дело было не только в мальчишках, которые, возможно, в силу своих малых лет стали перенимать повадки диких зверей, вполне взрослые женщины, работницы той самой нашумевшей фермы, вполне серьезные дамы… Члены партии… и те, своей загадочностью порой просто вгоняли в тупик неожиданными действиями. Они очень часто озирались, будто боялись быть подслушанными и в то же время они всегда очень пристально смотрели в глаза, словно пытались разгадать что на уме у незнакомца. А самое необычное, что заметил Марсель в поведении всех жителей поселка - это то, что взрослые люди всегда были чем то заняты! Очень редко случалось повстречать кого то просто прогуливающегося, без дела, в основном кто-то куда-то шел, чаще всего даже спешил, чтобы начать выполнять следующую работу. В этом Марсель находил некое очарование, советские люди трудолюбивы и исполнительны, это знали все за пределами Союза, но раньше художник никогда не сталкивался лицом к лицу со столь жаждущими труда людьми.
Как то вечером, по приезде, Марсель решил заглянуть в дом Семена Глызина - мужика, который привез его в деревню, и предложить ему выпить французского вина после работы, которого он тоже вдоволь прихватил с собой. На это художник получил решительный отказ. Семен, который рубил дрова у себя во дворе, оповестил гостя, что он не пьющий и что лучше с таким предложением к поселковым не соваться, так как наперед он готов поручиться за каждого, что ни один из них такого предложения не примет.
Такой режим Марселю тоже был чужд и не привычен. Ранее, уже после окончания художественного лицея, Марсель часто коротал вечера в компании своего лучшего друга Пьера, который мастерски мог находить точки сбыта дешевого, но вполне приличного вина. Частенько друзья мечтали о том, как Марсель купит себе небольшой участок земли и засадит его виноградом, из которого они сделают превосходное вино и, конечно же, разбогатеют, ведь Пьер клялся, что знает тайный рецепт вкуснейшего вина. Но, как ни печально, друзья не приблизились к своей мечте ни на шаг, а теперь Марсель и вовсе был вынужден покинуть Францию в поисках лучшей жизни, ведь там его посредственные зарисовки не нашли покупателя и парню пришлось искать вдохновение за пределами родных краев. Так Марсель Дюпа и попал в рязанский райсовет. Откуда тут же его откомандировали в Самопаловку.
В тот вечер, когда Семен Глызин мягко дал понять, что в поселке пьющих нет, Марсель напился в одиночестве. Несмотря на настойчивые предупреждения Семена воздержаться от спиртного, хотя бы на время пребывания в их деревне, он откупорил пару бутылок и опустошил их. Месье художник почувствовал себя чужим в мире этих людей. Не нужным, инородным и никчемным. Они все такие здоровые, сильные… а он... совсем другой! Высокий, стройный и гибкий... Кудрявый и гладковыбритый... Совсем не похож на крепких самопальцев!
Но потом в мутных мыслях возник на удивление четкий образ Мари, которая ради фотографии в местную прессу даже положила ладонь на плечо приезжего художника. От этого видения внутренности защекотало… Мари! Чистый ангел, живущий в глухом лесу. Откуда здесь она? Ведь девушка очень отличалась от остальных жителей поселка! Не трезвый разум погнал одурманенные тело на улицу!
- Но только тихо, а то бабка Акулина проснется!
А объяснение со строгой старухой в планы Марселя не входило. Тайком он вылез в окно своей небольшой комнаты и помчал, спотыкаясь о свои же ноги, к дому Марии Игнатьевой.