Дорогие читатели, не удержался, чтобы повеселить аудиторию и не опубликовать отрывок из книги моего друга "Александра Чагая", которая называется Забардаст. Ее мало кто читал, хотя она может доставить немало веселых и приятных минут и в ее основе, несмотря на издевательско-саркастично-ернический стиль лежат реальные факты. Автор, видно, неплохо знает дипломатическую кухню.
В книге рассказано о похождениях молодого человека Жеки Мухина, который совершенно случайно становится дипломатом.
Чтобы было понятно, кое-какие пояснения:
Барбос Иванович Убляев - посол в государстве Пиранья
Мухтар Николаевич Афигеев - посол в государстве Пим-Пом-Пам
Маргарита Аполлоновна Наливайко - заведующая архивом внешнеполитического ведомства
МУДИКС - Международный университет дипломатической и консульской службы
ДУПА - Департамент унифицированной продукции и автоматизации
...На следующий день Жеке Мухину из Пираньи позвонил Барбос Иванович, который всегда держал нос по ветру.
− Забудем прошлое, Евгений, − вкрадчиво промурлыкал Убляев. – Ошибся я, что поделаешь. Эраре хуманум блин. Желаю тебе больших свершений в трудовой и личной жизни.
«Чтоб ты сдох», − подумал Жека. «Чтоб тебе пусто было», − подумал Убляев.
Затем последовал звонок Мухтара Николевича из Пим-Пом-Пама.
− Я не сомневался в тебе, Мухин, − тепло произнес Афигеев. – Ты выдержал нашу проверку. Не сломался. Я верю в тебя, мой мальчик…
До конца эту тираду Жека не дослушал, повесил трубку. Потом звонили еще разные люди, которых он совсем не знал. Все его хвалили и выражали уверенность, что Мухин достигнет больших высот.
Единственный порадовавший его звонок был от Наливайко. Архивная дама ворковала сердечно, нежно и вполне искренне предложила ему вернуться в архив. «Покажу тебе секретный протокол, тот самый, оригинал. Только возвращайся. Пойдем в хранилище гулять…».
Мухин поблагодарил, подчеркнув свой интерес к историческому прошлому. Но на данный момент отказался, сославшись на распоряжение руководства. Наливайко загрустила и шумно выдохнула табачный дым в телефонную трубку.
К полудню Жека подошел к залу заседаний коллегии. У дверей толпились сотрудники, планировавшие отъезд в загранкомандировки. Это было самым важным событием в их жизни. За границей больше платили, там лучше жилось. За границей чиновник загранслужбы чувствовал себя «белым человеком». Не только у посла, но и у любого дипломата появлялась хорошая машина, причем топливо оплачивалось за счет бюджета. У старших дипломатов − водитель, горничная, своя вилла, сторож. За лучшие места дрались безжалостно. Годились любые средства. Особенно, когда речь шла о должности главы миссии.
Послов назначали не по конкурсу, а в результате кулуарных переговоров и интриг. Нужно было иметь «ходы» к директору департамента кадров, курирующему заместителю министра и, конечно, к самому Министру. Понятно, если указания шли с самого верха, то Министр отходил на второй план. Но в большинстве случаев решение принимались в министерстве.
Поначалу заседание коллегии проходило как обычно. Раздавались должности послов и вторых лиц, в роли которых обычно выступали советники-посланники. Этому – Китай, этому – Германия, этому – Швеция, этому – Македония, а этому (ха-ха) – Бангладеш. На высокие и престижные посты претендовали чиновники, близкие Министру (например, директор Департамента инициативных проектов, который никогда ничего не проектировал и никаких инициатив не выдвигал, но зато готовил Министру все речи и интервью) или имевшие поддержку на «самом верху». Для них существовал особый «подарочный фонд», которым распоряжался лично глава ведомства. Конечно, следовало учитывать предпочтения кандидатов. Если NN хотел общаться с сильными мира сего, его «отоваривали» страной, куда часто ездили Председатель, парламентарии, министры и прочие шишки. Жизнь там была суматошной, но сулила восхитительную карьеру. А если стремился к тихому и спокойному существованию в какой-нибудь богом забытой, но не «пыльной» стране, то и такое было осуществимо. Чем плохо быть послом на Мальдивах или Сейшелах? А в тихоокеанском рае, Республике Палау?
Любое назначение было чем-то обусловлено. Сюрпризов почти никогда не было. Поэтому все были поражены, когда секретарь коллегии зачитал: «Вахия, Мухин, Егений Нафанаилович, спецпредставитель с неограниченными полномочиями». О неожиданном взлете недавнего выпускника МУДИКСа и возмутителя спокойствия знали все, но чтобы так… С неограниченными полномочиями… Это уж слишком.
Все оторопели. Мальчишка. Щенок. Вчерашний студент. Вахия – дыра дырой, но спецпредставитель – это пост! Его добиваются годами. Преданной службой и огромными взятками. А тут – на тебе…. Прошелестел слушок, что Мухин организовал огромные откаты во время службы в ДУПА, подставил Убляева и Афигеева и всё заграбастал себе, а потом «забашлял» нужных людей. Это вызывало к нему уважение. Другие утверждали, что на самом верху готовится новая историческая политика, архивная выставка Мухина была первым зондажем, и ругали его только для виду. Да мало ли чего болтали.
Мухин вышел к столу президиума.
− Вопросы к кандидату? – полюбопытствовал Министр.
− Соответствует ли дипломатический ранг уважаемого Евгения Нафанаиловича такой высокой должности? – ехидно поинтересовался старый завистник, один из участников заседания.
Жека только открыл рот, как его опередил Министр.
− У нас, вообще-то, были случаи, когда атташе получал высокую должность, становился, например, вторым лицом, но с учетом важности двусторонних связей с Вахией принято решение повысить Мухину ранг до советника первого класса.
С атташе до первого! Сразу через несколько ступенек! Творилось что-то невероятное. Аудитория на минуту притихла, а после упоенно зааплодировала.