Едва появившись на свет, советское государство, как и любая другая страна, во главе которой стоят неглупые и дальновидные люди, озаботилась созданием и развитием своих спецслужб. Ну, а те, в свою очередь, начали усиленно готовить качественные и обученные кадры. И тут, конечно, ребром встал вопрос о системе рукопашного боя (боевой системе, комплексе приемов, стиле единоборств – называют по-разному). Можно сколько угодно рассуждать о том, что времена самураев давно канули в лету, да и «рыцари плаща и кинжала» уже не те… но, тем не менее, невозможно представить такого сотрудника, не владеющего приемами рукопашного боя.
В те годы, помимо классического бокса, популярность начали набирать японские боевые искусства, по-тихоньку просачивающиеся на Запад. Дзюдо и дзю-дзюцу еше окончательно не разделились, сохранив немало общих черт. Так получилось, что именно эти системы легли в основу разработок двух крупных отечественных специалистов – Виктора Спиридонова и Василия Ощепкова. Позднее, их наследие проанализировал и обобщил другой эксперт – Анатолий Харлампиев, которого многие считают родоначальником самбо.
Существует любопытное мнение, что Спиридонов с Ощепковым являются основоположниками своих собственных, отдельных и самостоятельных направлений. А то, во что это вылилось со временем – уже совсем иная история.
Также, большую роль в становлении отечественного рукопашного боя, сыграл Нил Ознобишин – специалист с большим разносторонним опытом, и просто человек удивительной судьбы. Времена были такие, что идеи все трех мэтров, оказались моментально засекречены, и поставлены на службу государству. Точнее – соответствующих органов. Конечно, кое-что из этого со временем стало массовым спортом, но значительная часть боевых техник, сосредоточилась в руках сотрудников спецслужб.
Со временем, советский рукопашный бой дополнился разработками отдельных экспертов- таких, как Николай Симкин, Константин Градополов, Константин Булочко. В его основу легло уже сформировавшееся боевое самбо, дополненное некоторыми специфичными техниками и разделами. Это была жесткая система ближнего боя, основанная на бросках, захватах, и болевых воздействиях, которые были дополнены ударной техникой из английского бокса. Ударная же техника ног носила вспомогательный характер, и была заимствована из французского савата.
Такое положение дел сохранялось довольно долго, пока тесные контакты советских и кубинских силовых структур, не привели к тому, в Советском Союзе узнали о существовании прикладной версии карате.
Вообще, термин «прикладное карате» неточен. Но он активно использовался (и, как выясняется, встречается даже сейчас), а потому- прижился.
Другое название «кубинского карате» - оперативное. Также его окрестили «оружием революции», подчеркивая большую ценность. В основе своей это был стиль дзёсинмон, адаптированный и переработанный кубинским мастером Раулем Рисо.
Рисо, с детства интересуясь боевыми искусствами, занимался одной из разновидностей китайских боевых искусств, а позднее увлекся карате, обучаясь у проживающего на Кубе японского мастера. Будучи офицером МВД, он получил возможность развивать свои навыки, благо, кубинское руководство это поощряло. Таким образом, Рисо смог оказаться в Японии, где прошел стажировку в школе дзёсинмон. Вернувшись на родину, он продолжил тренировки, и в итоге было создано то самое «карате оператива», которое произвело столь сильное впечатление на высокопоставленных чинов КГБ.
На классическое карате данный стиль походил мало, но это никого не волновало – в приоритете были совсем иные ценности. И принцип «карате начинается поклоном и заканчивается поклоном» тут уже никого не волновал. Как, впрочем, и нравственное воспитание адептов.
Кубинский мастер был приглашен в Советский Союз, где провел масштабный семинар для сотрудников госбезопасности.Таким образом, рукопашный бой советских спецслужб был обогащен новыми техниками. Которые удачно слились с уже имеющимися, породив высокоэффективную систему ближнего боя, неоднократно доказавшую свою эффективность в самых разных ситуациях.