Министерство просвещения РФ разрабатывает учебный курс начальной военной подготовки для учащихся старших классов. Предполагается, что новые учебные модули могут появиться в программе уже в следующем году. Детский и семейный психолог Елена Овчаренко рассказала журналу «Слово и Дело», могут ли подобные занятия оказать негативное влияние на детскую психику.
Курс начальной военной подготовки знаком всем жителям России, которые учились в школах во времена доперестроечного СССР. Потом этот предмет стал пропадать из расписания, и более юные россияне с ним знакомы лишь по рассказам взрослых. При этом современные школьники постоянно сталкиваются с компьютерными играми, часть которых регулярно обвиняются в излишней жестокости.
Может показаться, что здесь есть некоторое противоречие. Управлять героем, который носится по игровому пространству с автоматом в руках — это перебор, а учиться стрелять из настоящего автомата — нормально. Но как отмечает Елена Овчаренко, эти два занятия не стоит путать.
«Компьютерные игры утрировано-яркие, вызывают всплеск дофамина и дофаминовую зависимость. Именно поэтому все подсаживаются. В реальности же краски не такие яркие и впечатления мягче. Кроме того, начальная военная подготовка нацелена на умение пользоваться. Что на них делали? Бегали, автомат разбирали-собирали, оказывали первую медицинскую помощь. Это неплохие знания. Поэтому нет в этом ничего плохого, просто не нужно ничего гиперболизировать, все должно быть в равновесии», — объяснила она.
Психолог также подчеркнула, что мы должны формировать линию патриотического воспитания в школах. А НВП — как раз одно из возможных решений этой задачи. Но вместе с тем у подобных занятий есть два дополнительных положительных аспекта. Во-первых, это физические нагрузки, что крайне актуально, поскольку современные дети существенно меньше двигаются. А во-вторых, это дополнительная социализация, по которой нанесли удар вызванные пандемией ограничительные меры. Кроме того, НВП предполагает получение практических навыков, которые могут пригодиться и в мирное время.
Также Елена Овчаренко положительно оценила предложение привлекать к такой работе ветеранов боевых действий или сотрудников силовых ведомств. По ее мнению, дети будут более заинтересованы рассказом того, кто на практике применял то, о чем рассказывает, нежели лекцией человека, знакомого с военными навыками лишь в теории.
При этом не стоит переживать, что отставной ветеран окажется неспособен работать с детьми, потому что к такому важному занятию в России допускают исключительно профессионалов.
«Наш закон об образовании сам собой регулирует этот вопрос. У нас могут преподавать педагоги только со средним специальным или высшим образованием. Поэтому, это в любом случае будет преподаватель, а среди военных их достаточно много. Единственное, что если человек — участник боевых действий, то я считаю, что он должен пройти работу с психологом, потому что практически у всех военнослужащих есть посттравматический синдром», — пояснила Елена Овчаренко.
Помимо начальной военной подготовки задачу патриотического воспитания молодежи должны решать художественные фильмы для зрителей школьного возраста. Правительство РФ планирует со следующего года выделять на эти цели без малого по 4 млрд рублей ежегодно. Однако, как рассказал журналу «Слово и Дело» киновед Александр Шпагин, упор нужно делать не на детские, а на семейные фильмы, которые будут нравиться народу в целом.