Я размышляла об уверенности после того, как упала и сломала кисть зимой.
Я не думаю о том, как быть уверенной, а просто делаю. Получается уверенно всегда, когда получается легко. Моя уверенность слегка растрепанная, она всегда переполнена чувственностью, потому что чувствует абсолютно все в момент действия, уязвима, открыта, и все делает с легкой руки. Если мне надо собраться, мне не нужно искать кнопку «уверенность», которая превратит меня в бесчувственного расчётливого робота. Почему-то именно такой массовый образ уверенности: низкий голос, хорошо одетый человек, некая твердость в лице, несгибаемость, речь без запинок и пауз.
Когда мне надо собраться, мне нужно просто прекратить поток ненужной внешней информации, выйти из неё, если ненароком зашла, и настроиться на себя. Соединить все аспекты себя и соединиться с единым. Никакие техники «уверенности» мне никогда не помогали. Они только создают напряжение, потому что засовывая себя в них, я уже не я. Эти техники обычно про видимость уверенности, поэтому люди «видят» уверенных и хотят быть на них похожими, не представляя, какой хаос и бардак творится у них в семье, в душе, в ванной комнате….
Моя уверенность какая-то невесомая, настолько она лёгкая. Я долгое время считала ее недостаточной, неправильной, потому что не ощущала то, что, мне казалось, ощущают все уверенные люди или то, чем от них веет — некой тяжестью, существенностью, наполнением. Тогда я путала это с наполненностью.
Я искала, как наполнить себя этой важностью, этой конкретикой, этой плотностью, наполняя себя совершенно несвойственными мне мыслями, ненужной мне едой, несуразными репликами в свой адрес…
В легкое, как перо, я пыталась залить тяжелое, как свинец. Отрицала легкое как недостаточно весомое, натягивая невозможно тяжёлое, обездвиживая себя же полностью, усмиряя порывы души напускной жёсткостью.
Порыв души — это самое уверенное действие, в котором никогда нельзя сомневаться. Ему никогда не будет присуща холодность рассудка, душа выбежит из дома нараспашку, но всегда в верном направлении, пока мозг просчитывает возможные убытки и выгоды.
Моя уверенность иногда кажется другим безрассудной, или ничем особенным, или она кажется им неуверенностью (если они тоже примеряют на каждого своё лекало).
Она и мне казалась недостаточно существенной. Я пыталась полностью вытеснить это ничем не приметное свойство чём-то большим и заметным, чтобы самой, наконец, почувствовать — «ну вот, достигла, сделала, научилась».
А все настолько тоньше…
И юмор у мира тонкий. То, что в нас было всегда, и есть самое большая ценность. Оно почти всегда для нас самих незаметно и невидимо.
Я искала жесткости — упала жестко.
Принять лёгкость — это уверенно порхать. Многие будут настаивать, что уверенность должна иметь напор, что нужно быть танком, а не бабочкой и не птицей…. Нужно говорить уверенно, а не щебетать.
…Кому-то легче быть танком, и с ними тоже все в порядке.
Мне же нужно смотреть на результат своих действий.
Моя уверенность боится, и только сейчас я вижу, как это хорошо. Она так предупреждает об опасности, в то время как ее пытаются заставить успокоиться, надевая непробиваемый жилет «уверенности».
Моя уверенность чувствует, боится, часто легко в моменте меняет порядок действий, потому что чувствует, что надо по-другому. Она никогда не настаивает, она радуется красоте, и она никогда не торопится.
А я все хотела быстрее, торопила ее, отвлекая от наблюдений за красотой.
Уверенность казалась мне такой независимой ни от кого и ни от чего…. А моя уверенность оказалась дамой робкой, но волевой и пронзительной. Она совершенно точно зависит от мира, от других людей, она не умеет существовать одна.
If you already speak good English but your goal is Native-Like fluency, you’re welcome to join our Community of Practice and connect with other curious and daring learners. Unlock dozens of creative exercises that focus on developing cognitive skills in a foreign language and help you build a deliberate practice routine to attain better fluency. No credit card is required to begin. Start your free trial today