Как же всё надоело! Таня с усмешкой вспомнила свои мечты и планы шестилетней давности. В их захолустном «бомонде» девушка, вышедшая замуж, сразу поднималась в глазах общества на три-четыре ступени. Выходить нужно было до двадцати лет, не забеременев до свадьбы, праздновать сие событие шумно, три дня, с приглашением всех родственников, подруг и знакомых. Обручалка должна быть толщиной и шириной с полпальца, и носить её следовало впереди себя, выставив ладонь украшенную знаком отличия так, чтобы все видели – идёт элита, эталон и образец удавшейся жизни.
Татьяна замуж хотела, но вся эта показуха вызывали раздражение. К девятнадцати годам у неё были прочные отношения с неким Виталиком, бывшим соседом, который уехал учиться и работать в столицу, но связи с ней не прерывал. Когда они объявили о своих планах, обе семьи грудью стали на защиту традиций – кортеж из десятка машин, платье, кольца, прочая мишура, трёхдневная пьянка, «чтобы было не хуже, чем у людей!»
Однако, у ребят планы были поскромнее – им хотелось побыстрее закончить все эти движения, и уехать в столицу, чтобы начать новую жизнь. Кое-как уладили все вопросы с роднёй, и умчались в съёмную квартиру Виталика, покорять столицу.
Вначале было даже интересно. Новый, огромный город, новые люди, новая жизнь. Девушка довольно скоро приспособилась к особенностям столичного ритма, быстро «вывела из себя провинцию». С мужем жили неплохо, научились уступать друг другу, вести хозяйство, экономить. Вскоре родился маленький Сашка, и началась совсем другая жизнь. Те проблемы, что ещё совсем недавно казались неразрешимыми, теперь выглядели пустяками.
Когда-то Таня не могла представить себе, что будет засыпать практически стоя, что её совершенно перестанет интересовать интимная жизнь – она уступала иногда мужу, только ради мира в семье, не получая от процесса ни малейшей радости.
При этом, не сказать, чтобы усталость была какой-то очень тяжёлой, угнетала именно беспросветность – она всегда мечтала вырваться из болота провинциального местечка, зажить полнокровной жизнью в большом городе, но тут столкнулась с ещё большим болотом. Рутина, тоска, скука при полном отсутствии свободного времени – парадокс! С нетерпением ожидала, когда сын подрастёт, не будет требовать постоянного ухода, она сможет выйти на работу.
Наконец, этот момент настал, устроилась в какой-то офис, на мелкую должность с мизерной зарплатой. Ура! Теперь можно было надеть красивую одежду и парадные туфли не только на детскую площадку или в магазин, но и «в общество»! Однако полного облегчения не наступило. За годы декрета она растеряла все навыки быть привлекательной женщиной, а не только молодой мамой и домохозяйкой. Как-то не получалось у неё…
Санька подрастал, ходил в садик, муж старался помогать, баловал её всякими подарками, она также стала проявлять о нём больше заботы. Всё вроде в их семье наладилось, но почему-то казалось, что они идут куда-то не туда, что муж притворяется, что она ему надоела и он давным-давно завёл себе красивую, утончённую городскую леди, которая тихонько посмеивается над Таней-провинциалкой, которая так и не смогла освоиться в столице…
Сегодня все неприятности навалились объединёнными усилиями. Таня ехала с работы в ужасном настроении – в офисе царила нервная обстановка, шеф ругался на всех подряд, девочки-сотрудницы ссорились между собой, досталось и Тане. В последние дни Санька изводил её своими капризами и нытьём, у Виталика тоже что-то не ладилось по работе, потёк на кухне кран, квартиру ждала генеральная уборка, которую выполнит кто? Угадайте, детки с трёх раз!
От мужа пришло сообщение, что Саньку он забрал, и они отправляются гулять и веселиться. Это стало у них такой доброй традицией: в пятницу мужчины уходят из дому, чтобы не мешать маме убираться, готовить, мыть посуду и предаваться прочим радостям хозяйственного веселья. Потом придут, Виталька набросится на ужин, плюхнется в кресло перед телеком со вздохом: «Уф, устал, как собака, посижу малость!», а она сядет с сыном на кухне, пытаясь впихнуть в него обязательную кашу, одновременно выслушивая отчёт о весёлой прогулке с папой, съеденных мороженках и пироженках, молодецких забавах в парке аттракционов…
Таня вышла из маршрутки, очень неудачно вступила в глубокую лужу, зачерпнув туфлей хорошую порцию холодной, грязной жижи. Добрела до дома, открыла дверь. Ну, разумеется, мужики веселятся, вещи раскиданы по коридору, на кухне гора грязной посуды, полное ведро мусора, объедки на столе – когда только успели?
Ну что ж, переодеваемся, и за дело! С чего начнём? С посуды, с пыли, с разбросанных вещей? Таня проглотила слёзы, села на табуретку возле кухонного стола, всхлипнула в голос. Нет, начнём хотя бы с бутерброда и чая. Она поднялась, открыла холодильник: так, сыр, колбаса, масло. Хлеб в хлебнице. Заваренный чай в заварнике, закипятить воду – три минуты.
Что бы ещё найти, варенья, или сгущёнки? Она порылась в шкафчике, и вдруг нащупала бутылку с армянским коньяком, в которой оставалось чуть меньше половины, ещё с какого-то забытого праздника: они с Виталиком были практически непьющими, так, изредка и понемногу.
«А сегодня я возьму и выпью!» – вдруг решила Таня, и налила напиток в крошечную рюмочку. Выпила, и благостное тепло пробежало по жилам. Налила чаю, сделала бутерброды. «А что, весьма неплохо!» – подумала она, и выпила ещё одну. Стало совсем хорошо. «Ну всё, ещё одну, и принимаюсь за уборку» – опорожнила стопочку, посмотрела на предстоящий фронт работ, ехидно улыбнулась, и отправилась в спальню: «Полежу пять минут, отдохну» – мелькнула ускользающая мысль, и Татьяну накрыл крепкий, сладкий сон…
Проснулась она в темноте, шторы в спальне оказались задёрнутыми. Из детской доносились мужские голоса – муж и сын обсуждали какую-то важную проблему. Она вышла к ним, смущённо улыбнулась.
– Вы что сегодня раньше пришли?
– Да нет, как обычно. Время-то, девять часов!
– Сколько? – ахнула Таня. – Девять часов? Это как же я, сколько проспала, я же ничего не успела, ни убрать, ни приготовить…
– У, какая! Ладно, иди на кухню, начинай с неё, – как-то слишком оживлённо воскликнул Виталик, почему-то перемигиваясь с сыном.
Таня зашла на кухню, и остановилась на пороге в полном недоумении: чистая раковина, убранный стол, полный порядок. Даже кран не течёт!
– Сюрпри-и-и-з! – хором воскликнули муж с сыном, и весело расхохотались, а Санька ещё и пустился в пляс. – Там ещё жаркое в казане, мы поели уже, это тебе оставили.
– Откуда жаркое-то? – совершенно обалдело спросила Таня. – Заказали что ли доставку?
– Обижаешь, начальник! – притворно обиделся Виталик. – Мы с Санькой, мультиваркой и сайтом «Готовим сами» соорудили! И вообще, мы тут с пацанами посовещались – на этих словах Виталик подставил ладонь, а Санька отбил её с важным видом – и решили выходные провести в мужской компании, без женщин!
– А меня куда? – растерялась Таня.
– А тебя к Лариске на дачу, ты давно собиралась. Я уже с ними обо всём договорился. Завтра с утра Димка отвезёт вас на дачу, будете там в гамаке валяться, ягоды собирать, отдыхать по полной программе. А мы тут мужской клуб организуем на троих, на рыбалку поедем, пиво, уха, мороженое. Да, сына?
– А то! – важно прогудел самый юный член мужского клуба.
– И вообще, где-то раз в месяц будем организовывать тебе отдых, а то, реально, свинство, всё на тебя бросили, а сами… Санька большой уже, мы вдвоём прекрасно управимся, а тебе отдохнуть дадим!
– Хорошие вы мои! – Таня снова плакала, но уже от радости и облегчения, обнимала своих мужиков, и чувствовала, как с души сваливается огромный, тяжёлый камень, становится легко и радостно, жизнь обретает яркие краски и оказывается невыразимо прекрасной!