- Нет ее больше, Кеша, - говорил ему, подходя к клетке, Андрей Иванович. – Остались только мы вдвоем. Но Кеша все равно продолжал повторять эти слова. И с каждым разом, казалось, он говорил их все громче и задорнее. Особенно его активность возрастала ночью, когда Андрей Иванович уже спал. «Дор-р-р-огая моя, красивая, хор-р-р-ошая» - разносилось по квартире. Старик не обращал внимание на выкрики Кеши. Они, честно сказать, и при живой Антонине Андреевне не особо его раздражали. Ночами он просыпался скорее от того, что старушка вставала с кровати и шла накрывать клетку тряпкой. Кстати, птицу больше не держали в клетке. Старику хотелось, чтобы в его квартире было хоть какое-то присутствие энергии, но Кеша, уже немного повзрослевший и привыкший к закрытому пространству, был не так активен. Его излюбленным местом стал подоконник в кухне. Он залетал на него, упирался лбом в стекло и смотрел с уровня первого этажа на гуляющих во дворе людей. Иногда он ставил на стекло лапу и говорил «Здр-р-р-р
Единственный друг, который поддерживал жизнь в старом сыщике, пропадает. Что он предпримет, чтобы его найти?
11 ноября 202211 ноя 2022
7310
4 мин