Рак не болит. А лечить его больно.

Вены протыкаются иголками примерно три раза в неделю, плечо - столько же. 

Вместе с каждым лекарством в организм вводится снова и снова порция боли.  На старт, внимание, марш - токсичный  марафон боли длится минимум  полгода. 

Больно сидеть, больно ходить, больно лежать, больно смотреть, больно дышать, больно, нет, противно нюхать то, что нравилось раньше. От обезболивающих  прекращает трещать  позвоночник, но стонет живот. 

18 июня 2021 года. День, когда я заново ощутила и приняла своё тело. Без ретуши, без макияжа. С уважением и благодарностью за пройденный путь.

Когда заканчивается химический забег, наступает механический. «Что такого наркоз и операция?» - полагала я. «Поспал и проснулся, как новенький»- поддакивало моё позитивное сознание. Но когда его отключили, а потом включили в палате  меня вывернуло наизнанку, снова отключило, а потом, увидев над собой бригаду из врачей, которые давят мне на только что разрезанную, а затем зашитую в трёх местах грудь, я протянула руку за тревожно звонящим телефоном соседке с просьбой сказать мужу, что у Ани всё окей, она спит. 

Следы от дренажей.

На следующий день я так и не встала. Через 9 дней  смогла пройтись по ВДНХ и сделать первый репортаж, через две танцевала, через месяц заболела ковидом, через полтора пошла на плавание и вышла полноценно в офис, через полгода умчала в йога-тур. 

Зажила в общем, правда, без права спать на животе, с немеющими  ногами, уродливыми ногтями и периодическими ноющими швами. 

Сразу после операции нужно начинать восстановление. Хотя бы сжимать-разжимать ладони - накачивать себя энергией и делать дыхательную гимнастику.

 «Беременная старушка в токсикозе» - так, я характеризовала своё фантастическое состояние психологу. «Младенец, у которого всё впереди, но он падает» - парировала мой психолог. Смена понятий помогла. Я привыкла к своей спутнице боли. Всё-таки она сопровождала процесс исцеления, а не умирания. 

Лечение долгое и сложное. Но с каждым днём круто осознавать, что ты исцеляешься, а не умираешь.

Рак для меня - это не про душевную боль, а очень - про физику и про благодарность телу. 

Всю сознательную жизнь я его худела, истязала бессонницей, периодически неправильной одеждой и едой, а тут ему ещё и такая терапия досталась.

Если  представить его неким образом, то это точно - непоколебимая скала, которую испытывает холод, зной, ветер, дикие звери, волны, оно крошится по кусочкам, но остаётся всё той же скалой, позволяющей мне сидеть на её вершине и наслаждаться ветром, солнцем, брызгами волн. 

Когда мне говорят про силу духа, я думаю о силе тела, в котором удалось развиться  духу. 

Под ногами мягкий ил, вокруг снуют маленькие рыбешки, вода бодрит и ветер гоняет по коже мурашки. Эти ощущения, что ты после всего ощущаешь жизнь во всех ее проявлениях и лекарства больше не нужны - великий дар.

А ещё я благодарна своему папе-офицеру, который с детства приучил меня к зарядке. Так мое тело осталось крепкими ножнами для клинка духа. Этому я учу сына. В этом меня поддерживает муж. Никто никого не заставляет. Мы всей семьей можем проснуться и расстелить коврики как в разных комнатах, так и на полянке в парке.  

Любите своё тело. Оно носит Ваш дух на этой земле. Оно - Ваш храм. 

П.С. Фотографии сделаны  девушкой  по имени Анастасия, у которой я покупала одежду в честь окончания лечебных дел. Когда я расплачивалась, она сказала, что в свободное время занимается съёмками и пригласила  на   фотосессию. Анастасия исповедует принципы Линдберга, работая практически без ретуши с моделями без макияжа. Фотосессия на озере в Серебряном бору жарким июнем 2021-го года - это гимн  телу, одним словом.