Что ни говори, но человеку присуща потребность в прекрасном. Лицезреть. Наблюдать. Видеть его. Мы специально едем в горы, пыхтя, взбираемся на вершины только для того, чтобы посмотреть на мир под собой, глубоко вдохнуть, выдохнуть и почувствовать, как по коже бегут мурашки. В долгие холодные вечера из глубин души вылезают образы и воспоминания о каньонах, пещерах и морях, некогда посещённых. Как там было красиво. Захватывало дух.
Но виды пейзажей необязательно должны быть стереотипными и «мейнстримными» (вид на город с высоты птичьего полёта). Не всегда за видом, трогающим сердце, нужно куда-то ехать. На него можно наткнуться совершенно случайно, но в душе произойдёт какой-то сдвиг, откроется что-то новое. Нечто, не поддающееся описанию, но слегка изменяющее сам взгляд на жизнь.
Картина: январь, тёмный вечер, покосившийся навес, защищающий от настоящего осеннего ливня, столь нетипичного для зимы. Дождь поливает недавно проложенную дорогу, идущую по склону горы. Стремительные ручьи начинают свой путь на вершине, в России, но стекая по мокрому асфальту, преодолевают шлагбаум, аккуратно объезжая гружёные фуры, которые стоят в очереди на границу несколько суток, и оказываются в Эстонии.
Как это странно находиться около границы с другой страной: вот он, другой мир. И это подчёркивается уже тем фактом, что на их стороне высокие, стоящие на строгом расстоянии друг от друга, фонари, освещающие пространство вокруг себя тёплым и ярким оранжевым светом, а у нас редкие и маленькие, светят холодным бело-голубым, еле различимым, электрическим огоньком. Встанешь под такой и не сможешь разглядеть тени. Чтобы прийти к этому месту в темноте, приходится ориентироваться на эстонские фонари, свет которых виден издалека, а прямо сейчас он нежно рассеивается в мокрой дороге. Кусочек незнакомого мира попадает в наш, но не наоборот. Что там за этим шлагбаумом, кроме фантастических фонарей? Другие люди? Другая их среда обитания? Какая она? Наверняка, это совсем иной мир, неизвестный и чужой.
Забавно, что вдали от шлагбаума видны высокие башни и многоэтажки, от которых веет жизнью, а с нашей стороны несколько старых покосившихся деревянных домиков и густой хвойный лес, в котором не дай бог заблудиться. Есть в этом что-то… Притягивающее внимание. Словно наблюдаешь цепочку перехода от одной жизни к другой. Только все промежуточные звенья утеряны. В домах за шлагбаумом есть жизнь, в отличие от наших, давно покинутых развалюх. Свет от окон эстонских домов виден и здесь. Там люди. Они смеются. Ссорятся. Говорят. Но по-другому. Почему? Чёрт, да хотя бы потому что у них язык другой. Почему-то в голове не укладывается, что в пяти минутах ходьбы, люди говорят совсем иначе. Здесь наиболее остро ощущается квинтэсенция жизни, смерти и разобщенности людей.
Перед шлагбаумом стоит, подсвеченная синими огнями, свободная от посетителей заправка. Последний оплот Родины. Опираясь на колонку, заправщик бесстрашно курит сигарету и попивает кофе, вглядываясь в неспешное движение фур. Он не герой этой истории. Да и какой-либо. Нет, сейчас он просто объект на картине.
Мокрый асфальт служит зеркалом для оранжевых фонарей. Как жаль, что нет фотографий этого места, но в памяти оно запечатлено навсегда.
