Моя крёстная кока Валя с мужем всю жизнь скитались по съёмным квартирам. Это были пристройки (приделки, как говорят в Иванове) к частным домам. Обычно такие приделки были в самых захолустных районах города.
И вот настал счастливый день, ей дали отдельную квартиру, конечно угловую, однокомнатную, на первом этаже. Дом находился на улице Воронина, недалеко от нашего дома. Тогда было крёстной уже за пятьдесят, а её мужу – дяде Вите, и того больше.
Радости не было предела. Адрес был известен, и мы, её племянницы, втроём пошли смотреть дом. Так как ни ордера, ни ключей ещё не выдали, предстояло просто посмотреть дом, ну, ещё в окно заглянуть.
Но мы из любопытства решили зайти в подъезд. Так! Дверь в квартиру номер один была приоткрыта. Решили войти. Осмотрелись, в квартире сильно пахло краской. Дело было летом, решили открыть форточку для проветривания…
Через два дня прибегает к маме крёстная, вся в слезах. Квартиру передали другой семье. Кока Валя рыдает, ругает начальство и собирается побить в квартире окна.
И тут мама рассказывает подобный случай, который произошёл у них на заводе, и как её знакомая принесла какие-то вещи в квартиру, пока туда никто не въехал. Ну и квартира досталась ей.
Тут же побежали к дому, дверь в квартиру была уже на замке. Стали думать, как же попасть внутрь.
Света, моя сестра, предложила влезть в квартиру через окно, которое мы открыли для проветривания. Так и поступили. Через форточку открыли окно, кока Валя притащила пару стульев, чемоданы. Других вещей у них и не было, не нажили.
Так она получила первую и последнюю в своей жизни квартиру, в которой всегда было холодно и сыро.
Но крёстная любила «свой уголок», ремонт делала раз в полгода, а ванную комнату ремонтировала ежемесячно. Там со стен постоянно тёк конденсат, и углы плесневели.
Детей у моей крёстной не было. И свой любимый уголок она завещала моей двоюродной сестре.