Художник, коллекционер, юрист, кораблестроитель, садовод, инженер, городской советник, прославленный филателист… Все это о нем, о Гюставе Кайботте. Этот богатый человек, который, кажется, никогда и ни в чем не нуждался, всегда готов был прийти на помощь своим друзьям Клоду Моне, Огюсту Ренуару и другим прославленным в будущем импрессионистам, когда они сидели практически на хлебе и воде. Кайботт покупал их картины, а позднее завещал богатую коллекцию Франции.
Правительство было не в восторге от завещания художника – он хотел, чтобы работы его товарищей разместили в Люксембургском дворце, а затем и в Лувре. Но многие были уверены, что эти странные живописцы такой высокой чести не заслуживают. Со временем волю Кайботта все же нехотя исполнили, но позднее шедевры переселили в известный сегодня на весь мир Музей Орсэ, где можно увидеть одно из лучших собраний импрессионистов и постимпрессионистов. Так Кайботт уже после смерти стал еще и одним из главных его основателей.
«Я стараюсь писать честно и быть достойным того, чтобы мои картины повесили в прихожей гостиной, где будут висеть Сезанн и Ренуар!» - говорил он о себе. Но долгое время даже в «прихожей» искусствоведения места ему не находилось. О Кайботте чаще вспоминали как о меценате и коллекционере, чем как о художнике. Может быть, дело в том, что Кайботт слишком рано отошел от активных занятий искусством и участия в выставках и «ушел от мира» в свой сад, в свои яхты, которые сам же и строил, в свои марки? Правда, временами и в этот период он брался за кисть и писал хризантемы, орхидеи и другие цветы, которые заботливо выращивал. Эта идиллия прервалась в 1894 году. Кайботту было всего 46 лет.
Только спустя много лет Кайботт занял достойное место в блестящей плеяде французских художников второй половины XIX века. Занял по праву – у него был свой особенный стиль со сложно выстроенной, углубленной перспективой и совмещением нескольких точек зрения в одном полотне. Иногда кажется, что на мир он смотрит через фото- или видеообъектив.
Как вам то, что он увидел?
