Широка ты, жизнь-дорога, но у всех своя стезя,
Шаг налево, шаг направо, но свернуть с неё нельзя.
Крест тащить всю жизнь придётся исключительно по ней,
У одних она короче, у других она длинней.
Гладкой может быть, в ухабах, но у всех один конец,
Будь ты жить уставший старец, не видавший жизнь юнец,
В теле, пышущем здоровьем, иль здоровьем обделён…
Свыше всем свой срок отмерян, чётко предопределён.
Ждал ли ты свою кончину иль оттягивал, как мог,
Был готов принять, как должно или сам искал предлог,
Долго мучался от боли или хлоп и сразу нет,
И пора уже готовить в путь на тот отсюда свет.
Тело в чистое оденут и потом положат в гроб,
Всё согласно прейскуранту, чин по чину было чтоб.
И в назначенное время по канонам отпоют
И потом тебя отправят в окончательный приют.
То есть тело, что служило лишь вместилищем души,
Что три дня пробудет подле в относительной тиши,
Прежде, чем расстаться с телом после раз и навсегда.
С телом дальше всё понятно, что, да как, когда, куда.
А с душой не так всё просто, с нею всё куда сложней.
И при жизни, очень трудно разобраться было в ней.
И томилась, и страдала, на себя же грех брала.
Лезли к ней - она терпела и внимания ждала.
Все её не понимали, сам порой не понимал.
Ведь она была ранимой, ты её порой ломал.
Оттого она болела… Боль, как мог, так и глушил,
Не залечивая раны в меру глупости грешил
Жил не так, как было нужно, а скорее, так, как мог,
И ни цели, и ни смысла. Хватит. Точка. Вышел срок.
На душе темно и пусто, за душою ни гроша,
Плоть покоится пусть с миром, терпит пусть ещё душа.
Ведь душе ещё томиться в ожидании шесть дней,
Ей на суд на день девятый… Кто помолится о ней?
Кто о ней замолвит слово, добрым словом помянёт?
Эта неопределённость ей покоя не даёт.
Прахом прах вернётся в землю, чем он был, тем он и стал,
А душа обратно к Богу. Срок пришёл и час настал.
Душу ангелы доставят. Вся, как есть, пред ним она.
Но судьба души не будет в одночасье решена.
Ей, измученной, томиться, до сорокового дня
И терпеть всё это время муки адова огня.
Ей идти через мытарства, коих двадцать по грехам.
Трудно все их перечислить, если только по верхам.
Всё, что душу очерняет, оскверняет естество.
Лихоимство, Гнев и Ярость, Содомия, Воровство.
Празднословие, Жестокость, Ложь, Гордыня, Ересь, Блуд
Клевета, Убийство, Праздность. Словом есть за что под суд.
Набралось вот так тринадцать и ещё осталось семь.
Света белого не видно и вокруг сплошная темь.
По итогам злоключений соберётся компромат
И тогда вопрос решиться, в рай заблудшей или в ад.
Бесполезны оправданья, покаяние и спор.
Беспристрастен, строг и властен, Он подпишет приговор.
Иль на умиротворенье, и блаженство, и покой,
Иль на вечные страданья обречёт своей рукой.
Мы не думаем об этом, тратим жизнь свою греша,
А потом за нас же, грешных, отдувается душа.
Ей за наши выкрутасы предстоит хлебнуть сполна.
А ещё при жизни нашей сколько маялась она!
Можно верить и не верить и не знать наверняка,
Но валять совсем не стоит в этом смысле дурака.
Не подсказывает сердце и душа твоя глуха?
Сквернословишь против веры и не видишь в том греха?
Ну, а если это правда, если так оно и есть?
Даже если вероятность, скажем прямо, не бог весть?
Если ты на самом деле убеждённый атеист,
Будь пред тем, кто сердцу дорог, но ушёл, душою чист.
В путь последний провожая тело бренное в гробу,
Молви, царствие небесное усопшему рабу.
Скорбь безвременной утраты нашу память омрачит!
И земля пусть будет пухом, с миром пусть душа почит!