- Сожалеет? Нет, конечно. Если о чем-то о сожалеет, так это о том, что попался. Семья такая. Он или его сестра. Они просто не умеют жалеть других, гребут к себе все, что можно и нельзя. 15 лет? Я вам скажу, что это еще хорошо для такого…
Марина давала интервью.
Маша убавила звук пультом.
После этого невыплата алиментов померкла.
На федеральной трассе она улетели в кювет, хотя казалось, что в кирпичную постройку. Отделались легко, без опасного для них ущерба. Мужчина в легковушке ушел от столкновения. В ограждение.
Вышло, что помог им, а не себе. О чем Маша фантазировала, когда следователи уводили Глеба. Как было бы чудесно, если бы тот мужчина слетел на обочину и был в порядке, а в ограждение – они.
- Заработала на вас много денег, - Вероника наоборот – жаждала прибавить громкость.
- Ей нужнее, - ответила Маша.
- Но она приписывает и тебя.
- Меня устраивает, что следователи не приписывают. Остальные – как пожелают.
- Как жена Аркадия?
- Плеснула кипятком, почти попала.
Маша была у домочадцев того, кого не стало по вине Глеба.
- Понимаю ее.
То, что брат застрял надолго, это естественно и очевидно. Логично. С его бизнесом решает его заместитель.
- Муж у нее из рейса возвращался, пересел на легковушку и вез семье презенты… - прошептала Маша, - Я всегда буду сожалеть.
- Ты не Глеб!
- Не суть.
Вероника ушла, а пришел… Глеб!
- Ты… Откуда? Что происходит? Отгул? Теперь оттуда пускают в отпуск на 28 дней? Учти, побег покрывать не буду.
- Угомонись.
Его повадки.
- Говори.
- Под козырьком сидел, выжидал, чтобы твоя подруга уехала. Я под подпиской. Нашел очень сговорчивых сотрудников.
Он птица высокого полета.
Просто так не проиграет дело. Но Маша причем? Эх, ей не увильнуть. Девушка, в принципе, не считала, что чем-либо обязана Глебу, тем более, что она его осуждала.
- От меня ты свидетельских показаний ждешь?
- Другого. С человечком я урегулировал, с очевидцами, вообще немного свидетелей, которые вникли, как оно случилось – договорился. Вышел бы сухим из воды, но новость попала в СМИ с крайне неприглядного ракурса. Нужен виновник. Ты. Переиграем их всех и подстроим так, что вела ты, я хотел тебя прикрыть, но правда всплыла.
- Я буду стрелочником? Во имя чего?
- Нашей фамилии.
- Да ну?
- Дорогуша, я преумножу капитал, буду у штурвала. Тебе найму настоящих акул юриспруденции, получишь лет 5-7. Проживешь их в комфорте, это тоже организую. Выйдешь и сразу с компенсацией, а она будет огромной, начнешь с нуля. Мы оба в плюсе. Не прозябать же тебе в этом простецком квартале.
- 24 часа на раздумья, - потребовала Маша.
- Уж так и быть, чтобы ты успела смириться, - мотал головой Глеб, - Принимается вариант “да”. Иначе я сделаю что-нибудь, что ты окажешься крайней, но уже бесплатно.
Хуже всего было думать, что отец мог поступить аналогично. Переложить все на Машу, чтобы наследника обелить.