Автор Владимир Тихомиров
Русская Одесса ещё держится. Депутаты горсовета не захотели снести памятник Екатерине Великой на одной из центральных площадей. В отместку нацики облили монумент краской и ещё как-то поиздевались. Но крепкой и богатой Одесса только и была в качестве русского города. Нынешняя власть там доедает остатки былого величия.
Екатерина Великая в 1794 году утвердила генплан строительства нового морского порта, которому надлежало стать торговыми воротами России. Власти не поскупились на вольности для новых горожан.
Быстрому росту Одессы способствовало решение отчислять в городской бюджет десятую долю таможенных сборов. Уже в XIX веке при графе Воронцове Одесса получила статус «свободного порта», право экспорта и импорта без пошлин. Это дало такой колоссальный толчок, что уже в середине века Одесса стала четвёртым по населению городом империи после Москвы, Санкт-Петербурга и Варшавы. Какой там Киев...
Именно тогда среди одесситов возникла поговорка: «Москва, конечно, первый город, но и Одесса – не второй». Одесса всегда получала лучшее. Сразу после Петербурга там появились канализация и водопровод. Первая электростанция была построена в 1887 году – всего через четыре года после того, как электричеством осветили московский Кремль. Трамвай запустили в Одессе первыми в провинции.
В конце XIX века город стал и самым популярным курортом. Сюда ежегодно приезжало 20 тыс. отдыхающих – сколько и на всё остальное Чёрное море. Отдыхающие стремились в настоящий европейский город – с театрами, роскошными ресторанами, яхт-клубами и набережной.
Там даже преступность опередила время. В 1902 году Российскую империю потрясли известия о судебном процессе против банды Фёдора Куща – русского портового рабочего, создавшего настоящий синдикат: он обложил данью купцов, ввозил контрабандой оружие, содержал сеть притонов. В банде было под сотню человек. Позже по стопам Куща пошли Беня Крик, прославленный Бабелем, и Мишка Япончик.
После переворота 1917 года на Одессу зарились все – от петлюровцев до французских оккупантов. К вхождению Одессы в состав Украинской ССР горожане отнеслись без особого энтузиазма. Дескать, мы не виноваты, что вокруг Одессы вы создали свою Украину.
Советская Украина платила городу той же монетой, посылая туда самых дубоголовых начальников, выбивавших дух вольности из города с многонациональной культурой. Мой приятель, работавший при советской власти репортёром в одесской газете, рассказывал, что первый выговор получил за употребление слова «одесситы». Надо писать «жители Одессы», учили комсомольцы.
Но Одесса сопротивлялась украинизаторам даже после 1991 года. А уж тем более в эпоху майданов. Неслучайно именно там нацики проявили себя во всей звериной сути, устроив массовое убийство 2 мая 2014 года в Доме профсоюзов.
После этой страшной трагедии Одессу заполонили гауляйтеры всех мастей, обещавшие деньги всем, кто сдаст СБУ соседа – «бытового сепаратиста». «Да проще уж Одессу забором с колючей проволокой окружить», – цедили сквозь зубы местные.
Нацики почти так и сделали. Вот уже восемь лет в Одессе продолжается террор. Фюрер Зеленский поставил там губернатором полковника Марченко – экс-командира карательного нацбата.
Но вольная Одесса всё ещё держится.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.