Вадим с детства рос прилежным и послушным мальчиком. Ребята смеялись над тем, что он никак не может оторваться от маминой юбки. Но он их не слушал. Отца в семье не было, и Маргарита Семеновна была для мальчика и мамой, и папой одновременно. Еще был дед Семен, который учил Вадима всему, что умел сам — паять, вырезать из дерева и вообще, делать что угодно своими руками. Надо сказать, что дед Семен в молодости работал учителем в школе и потому для него не представляло сложности обучать мальчишку.
***
Парень вздохнул и оторвался от монитора компьютера. И зачем он опять вспомнил про счастливое детство? Ведь это все было до того дня, который разделил его жизнь на «до» и «после».
В тот зимний день ребята позвали десятилетнего Вадима гулять за гаражи. Мама не разрешала мальчику туда ходить, но почему-то именно в тот день он поддался соблазну и согласился пойти с друзьями. Вадим, как сейчас, помнил свое состояние эйфории: он воображал себя взрослым и самостоятельным. Потом ребята предложили прыгать с гаражей в сугроб. Вадик вызвался первым — ему не терпелось доказать, что он больше не маменькин сынок.
Острая боль пронзила все тело и… темнота. Больше Вадим ничего не помнил.
Уже потом, очнувшись в больнице, он узнал — под снегом лежала груда железа. Самое страшное, что там были ржавые арматуры, которые пронзили тело мальчишки насквозь. Несколько дней Вадим провел в коме, и первое, что он увидел, придя в себя — заплаканную мать, которая уже не надеялась увидеть своего сына живым. Потом было несколько операций, долгая реабилитация, но все равно слова врача звучали, как приговор.
— Все, что в наших силах, мы сделали, — придвигая стул ближе к кровати, произнес седой врач в дурацкой шапочке с чебурашками. — Увы, скорее всего, ходить ты не сможешь, у тебя поврежден позвоночник. Медицина сейчас развивается семимильными шагами, может, ученые что-то придумают… Но пока так.
Вадим кивнул. В силу возраста он не осознавал, что теперь вся его жизнь изменилась. Теперь он больше не сможет ходить в школу, как все ребята, не сможет гулять с друзьями, гонять мяч во дворе… И еще много чего.
А вот Маргарита Семеновна очень хорошо все понимала, но сдаваться не собиралась. Она быстро перевела сына на домашнее обучение, выбила у администрации инвалидную коляску и принялась упорно заниматься здоровьем сына. Бассейн, бесконечные массажи и тренажеры занимали у Вадима почти целый день. Ему даже было некогда думать, что он не такой, как все остальные ребята. На эти глупости у него просто не было времени.
Сейчас Вадим был благодарен матери за то, что она не жалела его и заполнила все время реабилитациями. Сейчас его активной жизни коляска никак не мешала. Он выучился на дизайнера и работал удаленно, а в свободное время трудился занимался - сайтом местной больницы. Единственное, что омрачало его жизнь — это отсутствие девушки. Все знакомые уже побывали в серьезных отношениях, а Вадим все мечтал о той единственной, которая скрасит его будни.
— Не переживай ты так, — утешала сына мама. — Хочешь, я тебя с дочкой коллеги познакомлю? Симпатичная девочка, только инвалид по зрению.
— Мааам, — Вадим театрально закатил глаза. — Ну зачем мне слепая?
Мама только покачала головой.
— Ну ты хотя бы в интернете познакомься, может есть какие-то форумы или сайты для инвалидов…
— Мама! — парень резко развернул коляску в сторону своей комнаты. — Что ты мне постоянно все советуешь!
Резкая реакция Вадима была понятна, он чувствовал себя нормальным парнем и верил, наступит день — и он обязательно будет ходить. Он еще много чего хотел высказать матери, но его отвлек телефонный звонок. Несколько раз глубоко вздохнув, Вадим взглянул на экран телефона — номер был неизвестен.
— Алло, здравствуйте… Вадим Дмитриевич, это из бухгалтерии третьей городской беспокоят. Евгения Сергеевна меня зовут. Там на сайт надо отчеты по платным услугам выложить.
— Доброго дня! Так сделал уже, еще вчера, — бодро отрапортовал Вадим, заруливая в комнату и закрывая двери. — Я с Кирой Ивановной вчера все обсудил.
— Кира Ивановна с сегодняшнего дня на вольных хлебах, а я теперь за нее. Не те, в общем, документы выложены, — виноватым тоном продолжила девушка. — И там еще фотографии с мероприятия надо.
Вадим пересел в рабочее кресло и открыл ноутбук.
— Высылайте, сейчас все исправим.
— Тут проблемка, — вздохнула девушка в трубке. — Фотографии у меня в телефоне, а телефон сел. А документы только распечатанные, отсканировать не могу — у нас этаж обесточили. Говорят, авария, свет дадут вечером. Я с городского звоню.
— В больнице же генератор есть, — удивился Вадим. — Зарядите телефон и отправляйте, я все быстро сделаю.
Девушка на секунду запнулась.
— Генератор только на операционную. Можно, я сейчас приеду и привезу вам и телефон, и документы? Вы же из дома работаете? Куда ехать?
— Эээ... Ну, приезжайте. Бульвар Славы, дом пять. Квартира десять, — удивившись такому напору, Вадим продиктовал свой домашний адрес.
Вадим ошалело посмотрел на погасший экран телефона. Сейчас, впервые за двадцать два года к нему домой придет девушка. От волнения у него взмокли ладони.
— Ну и что, что по работе… может, она симпатичная, — уговаривал себя Вадим. — Хотя может и старая…. Успокоиться. Надо успокоиться.
Взгляд упал на стоявшую рядом инвалидную коляску. Да уж. Обрадовался.
— Мам, поставь чайник. Ко мне сейчас придут по работе, — крикнул Вадим матери и открыл шкаф. Нужно было надеть свежую рубашку — встречать гостью в растянувшейся домашней футболке не хотелось.
***
Евгения оказалась на редкость симпатичной молодой девушкой. Светлые вьющиеся волосы, голубые глаза и едва заметные веснушки. Вадим обомлел, увидев ее на пороге своего дома. От него не ускользнул разочарованный, полный сожаления взгляд, который девушка тут же отвела от инвалидной коляски.
— Девочки мне не сказали, что вы… эээ… Неважно, в общем, — Евгения быстро взяла себя в руки. — Вот документы, вот мой телефон.
— Сейчас все сделаем. Проходите, — Вадим радушно махнул рукой в сторону своей комнаты.
Из кухни выглянула удивленная Маргарита Семеновна. Видеть у них дома девушку, да еще и симпатичную — это было как минимум необычно. В отличие от сына, мать видела Вадима со стороны и понимала — среднестатистической здоровой девушке он будет неинтересен. Ну зачем ей такая обуза?
От чая Евгения скромно отказалась, зато пообещала зайти как-нибудь еще. Случай предоставился спустя неделю — в больнице сменилась пара врачей и эти данные нужно было занести на сайт. И хотя на этот раз никаких проблем с интернетом и электричеством не было, девушка настояла, что ей нужно лично проконтролировать выполнение работы.
— Послушайте Вадим, а можете вы меня обучить основам работы с сайтом, — потупив глаза, попросила Евгения. — Мало ли что, может, вы уедете в отпуск, или телефон сядет… Только если не затруднит. Я оплачу ваши услуги.
Вадим ликовал. Как можно отказать этой девушке в ее просьбе?
— Конечно, могу. Только одно условие… — он сделал паузу. — Никаких денег. Мы же коллеги.
С того дня Евгения стала приходить чаще. Три раза в неделю Вадим начинал ждать свою «ученицу» чуть ли не с обеда, вытирая несуществующую пыль и придумывая, что подать гостье к чаю. С каждой следующей встречей молодым людям было все интереснее вместе. Оказалось, они оба обожают Достоевского и эклеры с шоколадом, а еще оба были заядлыми кошатниками. Когда в квартиру приходила Евгения, Вадим светился от счастья. Он даже начал ремонт на балконе, который планировался уже давно.
— Ты только сильно не привязывайся к ней, я тебя умоляю. Напридумываешь себе невесть чего, а потом будешь расстраиваться, — тактично предупреждала сына Маргарита Семеновна. — Ты же у меня все-таки инвалид.
Слова матери были словно пощечина.
— Я помню, мам. Сегодня я поговорю с Женей.
В тот вечер Вадим был сам не свой. С одной стороны, мама была права, но с другой… Евгения была именно той девушкой-мечтой, которую он всегда хотел найти. С ней ему хотелось быть сильным и смелым, решать все проблемы, и все только ради улыбки девушки.
— Жень, есть разговор, — неуверенно начал Вадим. — Ты хорошая девушка, а я, похоже, никогда не буду ходить, и…
— Как хорошо, что ты начал этот разговор, — улыбнулась Евгения.
— То есть? — недоуменно посмотрел на нее Вадим.
— Ну… Я разговаривала с главным врачом, он поднял твои документы. В общем, надежда есть. И вот еще…
Девушка подошла к двери и достала спрятанные за шкаф новенькие костыли.
— Я вообще-то хотела на Новый год, но раз уж пошел такой разговор, то вот. Мой подарок.
— Ты шутишь? — Вадим не мог сдержать эмоций.
— Вовсе нет. Вспомнишь, как ходить — выйду за тебя замуж, — и она засмеялась.
— С такой мотивацией я просто обязан не то что ходить, а даже бегать, — Вадим никак не мог поверить в ее слова.
— Ну вот и договорились!
Для того, чтобы уделять тренировкам нужное количество времени, Вадиму пришлось уйти с одной работы. По несколько часов в день Вадим занимался с опытным реабилитологом на разных тренажёрах и снова, как несколько лет назад, почти каждый день ходил в бассейн. Без поддержки любимой девушки ему было бы непросто, но Евгения не оставляла его ни на день. И даже тоже записалась в бассейн, чтобы Вадиму не было скучно.
Прогресс появился далеко не сразу. Почти полгода кропотливого труда и…однажды Вадим, наконец , смог встать на ноги. До «бегать» было еще далеко, но уже просто стоять несколько секунд без поддержки — это был огромный рывок.
— Ты правда выйдешь за меня?
Говорить из-за накативших чувств Женя не могла и вместо ответа просто кивнула.
Теперь в жизни молодых людей появилась новая глава, читать которую нужно было только вместе.
---
Автор рассказа: Татьяна Ш.
---
Загадка
Домик был старый, но вполне ухоженный. Мало он простоял пустым, не успел одичать и обветшать. «Ну и слава богу! — подумала Маша. — Мужика на сегодняшний день у меня нет. Да и, наверное, уже не будет. А сама я не из тех могучих русских баб, которые во всем спецы: и в забивании гвоздей, и в торможении коней, и в походах по горящим избам!»
Она поднялась на крылечко, достала из сумки ключ и отперла массивный навесной замок.
***
Этот дом Маше неизвестно почему завещала баба Люба. Старушка малознакомая, хоть и родственница. Странно, но кто его знает, как мозги у таких глубоких стариков работают. Ведь бабе Любе было по Машиным подсчетам что-то около ста лет. Маша приходилась ей то ли внучатой племянницей, то ли двоюродной внучкой. Короче, нашей портнихе поварихой.
Маша бывала у бабы Любы в далекой юности. Уже тогда баба Люба была хорошо в годах. Но жить предпочитала одна. Родню никогда не напрягала, помощи не просила. А вот недавно взяла и умерла.
Когда Маше позвонили и сообщили, что у нее в деревне Загадка умерла бабушка, та даже не сразу вспомнила о бабе Любе. И уж тем более не ожидала, что она оставит свой домик и двенадцать соток земли именно ей — Маше.
— Подарок тебе к будущей пенсии! — пошутил тогда Машин муж, Михаил.
— Тю, до пенсии еще, как до Луны пешком, — отмахнулась Маша. — Мне ведь только пятьдесят четыре. А пока я до шестидесяти доскриплю, ее, глядишь, еще отодвинут. Так что это просто подарок. Только вот понять не могу, за какие такие заслуги. Я ведь даже не знала, что баба Люба до недавнего момента жива была. Думала, она уже давным-давно к праотцам отправилась. Лет-то ей сколько. Ну да ладно, не в моем положении капризничать. Раз подарили — будем пользоваться.
— Или продадим! — потер руки Михаил.
***
Хорошо, что не продали. Через пару-тройку месяцев после того, как Маша стала землевладелицей, ее ожидал еще один сюрприз. Гораздо менее приятный, чем получение наследства. Оказалось, что ее драгоценный Михаил ей изменяет. Да, вот так вот. Седина в бороду, бес в ребро, камень за пазухой.
И выяснилось-то все банально и неприглядно. Забыл муж телефон на кухонном столе, а тот возьми да зазвони. Ничего не подозревающая Маша возьми да прими вызов. Еще даже «алло» сказать не успела, а из трубки заворковали женским голосом:
— Медведик мой пузатенький, куда же ты пропал? Я тут уже полчаса прыгаю на остановке, машинку твою жду.
Маша ошалело молчала. «Это Мишка, что ли, «медведик пузатенький»? — догадалась она. — Если так, то, значит, я рогатая олениха».
— Ну чего ты не отвечаешь? — канючила трубка. — Ты хочешь, чтобы твоя зайка на автобусе ехала?