Запад много раз вторгался в другие страны, прикрываясь лозунгами о "защите демократии", пишет Al-Ain. Но кризис на Украине показал, что не все может идти по его плану. Россия дала отпор, и это заставило США и ЕС вспомнить о прагматизме и задуматься о начале диалога с Путиным.
Европа и Соединенные Штаты обладают большим арсеналом стратегических знаний, концепций и понятий, активно используемых в области политики и международных отношений.
Такой перечень средств позволяет западному миру очень гибко и легко лавировать между полярными вещами, сохраняя престиж, авторитет и статус глобального лидера, поскольку с их помощью можно оправдать неприемлемые действия и события, бросив пыль в глаза наблюдателю. В результате последний будет верить в мудрость и возвышенность устремлений западных лидеров и их приверженность высшим человеческим ценностям.
Объясняя свою позицию по украинскому конфликту, Запад использует привлекательные лозунги вроде "уважения демократических ценностей и суверенитета государств", "предотвращения торжества диктатур над демократическими режимами", "осуждения посягательств на внутренние дела независимых стран" и так далее.
При этом Запад ни разу не признался, что на Украине он противостоит России. Вашингтон и Брюссель преследуют свои интересы и делают это ради сохранения баланса сил или из стремления сдерживать влияние Москвы и Пекина. И это вполне логично.
Вы можете спросить: куда же подевались вышеупомянутые моральные принципы и возвышенные ценности, когда речь шла об Афганистане, Ираке, Сомали, Йемене, Сирии, Ливии и многих других странах Африки и Азии?
Ответ западных стран всегда будет звучать так: все дело в различных условиях, в разнице во внутреннем, региональном и международном контекстах. Можно подумать, эти ценности имеют не абсолютный, а относительный характер, и их значимость варьируется в зависимости от географического положения государства, цвета кожи его жителей или их культуры.
Когда США и Европа осознали, что поражение России и победа Украины — сложная, если вообще выполнимая задача, на вооружение был взят стратегический арсенал концепций и понятий. Так, на передовую выдвинули принцип прагматизма, сформировавшийся в Соединенных Штатах в 1870 году благодаря иммигрировавшему шведскому философу Чарльзу Пирсу. Его философия сфокусирована на результатах влияния ценностей, стандартов, этики и действий, а не их содержании и смысле. Согласно этому принципу, всегда необходимо думать о последствиях действий, поскольку именно они определяют ценность каждого такого шага, стандарта или этической нормы.
В настоящее время прагматизм — тот выход, который западные политики нашли на пути к изменению своей позиции по России и Украине. На прошлой неделе администрация США заговорила о необходимости мыслить рационально в отношениях с Москвой. В частности, речь шла о начале диалога и переговоров с ней, в связи с чем сегодня наблюдается взаимодействие между министрами обороны двух стран, а также между начальниками штабов. То же самое можно сказать о ряде европейских государств.
Сейчас в Европе проходят демонстрации, участники которых требуют от властей улучшения экономических условий, обеспечения населения топливом и продолжения работы промышленных предприятий с наступлением зимы. Под влиянием этих событий, не говоря уже об опасениях относительно ускоренной смены правительств и усиления ультраправых партий, как это произошло в Италии, европейские страны будут мыслить прагматично и начнут диалог с Россией, отказавшись от лозунга "мы не допустим победы Путина". Согласно философии прагматизма, такая позиция не дает результатов, отвечающих интересам европейского или американского гражданина.
С переходом от принципов к интересам, от абсолютных ценностей к прагматизму судьба Киева будет рассматриваться в таком же ключе. Это может означать конец украинского государства, поскольку время и возможности упущены, а ее президент и министр иностранных дел движутся в неизвестном направлении. Вне всякого сомнения, прагматизм — единственный способ сохранить единство Европы.
Автор: Наср Мухаммад Ареф (نصر محمد عارف)