Сорока-ворона
Кашку варила,
Деток кормила...
Интересно, есть ли хоть один русский человек, не прошедший через этот обряд? Будем называть его сразу обрядом, к чему кокетничать и делать вид, что детские песенки в фольклоре появляются просто так, исключительно для развития мелкой моторики.
_____________________________
Первая строчка имеет варианты - "сорока-белобока", "сорока-воровка", "сорока-ворона", но на первом месте всегда стоит именно сорока. А по народной примете, услышать возле дома стрекотание сороки - к гостям. И действительно, она и "кашку варила", и "на порог скакала", и "гостей поджидала", и "гостей созывала". Мотив ожидания гостей очевиден.
В данном случае эти гости - детки. Именно детям сорока по очереди даёт свою кашку. Всем достаётся, кроме самого младшего, который "воду не носил", "дров не рубил", "печку не топил". Не заслужил кашу, лентяй. Как обычно, очень много вопросов и очень мало ответов. Получается небольшая сказочка с грустным концом и яркой моралью: помогай по дому, и тебя накормят. Наверное, именно так её понимаем мы сегодня, и так её понимали даже наши предки. Но вот для предков наших предков тут было чуть больше смысла.
На самом деле стрекотание сороки могло предвещать не только скорый приход гостей в обычном смысле, но и скорый приход гостя из другого мира - появление в доме новорожденного. Гость - это ведь любой чужак, будь он из иной деревни или из иного мира. По закону гостеприимства любому гостю нужно угодить. А если он из неведомого мира, откуда можно только один раз прийти, но никогда нельзя вернуться, ему нужно угодить особенно.
Младенец - это такой гость, который даже не совсем ещё человек. Он только-только оттуда, он ещё немножко там. Считалось, что новорожденный и его мать, оба находятся в пограничном, переходном положении, они на какое-то время остаются между мирами, везде и нигде. Для того, чтобы помочь обоим в этом человеческом мире, все народы обязательно проводили ритуальные действия. На Руси, во всяком случае в тот период, о котором можно судить наверняка, эти ритуальные действия совершала повивальная бабка.
И тут мы находим любопытную, хотя и очень редкую народную песенку:
Бабушка пупорезна по торгу ходила,
Шило да мыло купила, всех ребят перемыла.
Пятерым она давала кушать:
Тому дала ложку, тому - поварешку,
Тому - горшок, тому - масленничек.
А ты маленький, ты коротенький,
Ты на меленку не ходил,
Ты баенки не топил, водушки не носил.
Нетрудно догадаться, что "бабушка пупорезна" это и есть повивальная бабка. "Мыло", которое здесь упоминается, тоже появилось неспроста: роды часто происходили в бане.
И нетрудно усмотреть то, как сильно эта песня похожа на нашу потешку про сороку. Кстати, в одном из её вариантов тоже присутствует баня:
Сорока-ворона баню топила,
Гостей поджидала:
Не приедут ли гости,
Не пойдут ли в баньку?
А также: “...Дрова носит, баню топит, дитю парит”.
Получается, что действительно, гости, которых ждут, это дети, которые должны родиться.
Сама сорока у русского народа всегда ассоциировалась с некой бабкой-ведуньей, с ведьмой. И птица эта не просто вещая, а зловещая, она могла накликать беду, или даже смерть. Такие ведьмы могли залететь в дом, где жила беременная, и похитить её нерождённого ребёнка, заменив его обгорелой головешкой, краюхой хлеба или веником-голиком. А потом они жарили его и пожирали, сидя на печном шестке.
Этот жуткий образ, скорее всего, стал наследником древнейших представлений о первобытном женском божестве, которое властвовало над жизнью и смертью. Оно постепенно превратилось в птицу-людоедку - воплощенную судьбу и смерть одновременно (представления о смерти как о похищении и поедании - одни из древнейших). В то же время, по поверьям многих народов, божества, которые могут похитить, съесть, уничтожить роженицу и ребенка, хотя и опасны, но необходимы. Ведь именно тот, кто отнимает жизнь, может её подарить.
Далее, есть вот такой вариант окончания потешки:
Иди, малый, по водицу
На холодную криницу.
Тут пень, тут колода,
Тут мох, тут болото,
Тут холодная водица.
Получается, что "Сорока-ворона" собралась из осколков заговоров, произносившихся во время обрядов перед, во время и после родов. Сначала ребёнка - гостя - призывали, а после формулировали магическими фразами его задачи. Какие испытания ему нужно будет преодолеть, чтобы стать человеком. Через пень-колоду - это вообще стандартная заговорная формула. Песенка кратко обрисовывает задачи на жизнь, готовит к преодолению препятствий.
А вот такие варианты были в ходу ещё в XIX веке, и, надо полагать, они сохраняют больше оригинальных черт:
Сорока, сорока
Кашу варила,
На порог поскакивала,
Гостей посматривала:
Не едут ли гости?
Не везут ли гостинцы?
Приехали гости,
Привезли гостинцы.
Этому кашки,
Этому бражки,
Этому пивца,
Этому винца,
А этому недостало.
Поди, там
Есть колодец,
Напейся водицы.
Тут пень,
Тут колода,
Тут мох,
Тут болото,
Тут студеная водица.
И вот такой:
Сорока-сорока
Кашу варила,
Гостей созывала,
На порог скакала.
Гости на двор,
Она кашу на стол,
Этому дала,
Этому дала,
Этому дала,
Этому дала,
А этому не дала.
Ты маленький,
Коротенький,
Сходи за водицей
Да истопи баньку,
Да вымой, выпари меня,
Тогда дам кашки
На красной ложке.
Cо временем вся эта забава приобретала дополнительные смыслы. Это и развитие мелкой моторики, и развитие речи, и игра, и даже наставление. Если бы этих смыслов не нашлось, вряд ли бы стишок дошел до наших дней. Но родился он ещё в те далёкие времена, когда мир вокруг людей был населён неведомыми существами, и когда каждое событие жизни сопровождалось магическими ритуалами и заклинаниями.
- Коршунков "Сорока и дети"
- Власова "Энциклопедия русских суеверий"
- Борисов "Энциклопедический словарь русского детства"