Перед нами — ответ на косвенный вопрос: много ли спасающихся? Вот четыре части людского рода: твёрдая земля, мелкая земля, тернием поросшая и, наконец, хорошая, плодородная земля. Если бы они имели равные доли, по 25%, то вышло бы, что спасается каждый четвёртый.
Но я думаю, что спасающихся меньше, потому что и земли твёрдой, и терния, и мелкой земли, безводной и сухой, гораздо больше, чем земли доброй. Господь знает это и потому говорит, чтобы мы подвизались, то есть трудились войти тесными вратами и шли узким путём, потому что потом многие захотят войти — и не найдут, куда войти. Труд спасения — это труд не трудный, но мудрый. Спастись не трудно, но мудро.
Мы должны наблюдать за своим сердцем. Думаю, братья и сёстры, что, с одной стороны, весь мир можно разделить на четыре рода сердец. С другой стороны, каждое сердце в отдельности по временам является то твёрдым, то глубоким, то тернистым — то таким, то сяким. Сердце удобопеременчиво — сегодня оно горит, завтра оно потухло, позавчера оно было такое, а через два дня будет другое. Сердце меняется, и это самая главная тайна мира. Та тайна, которую уважает Сам Господь.
Он может поменять траектории движения небесных тел, Он может поменять природный ландшафт, Он может стереть с лица земли целые народы. Но Господь трепетно и с уважением относится к сердцу человеческому. Господь стучится в него, Он не взламывает сердце, как вор или взломщик, Он не проникает в него тайком или силой. Господь стучится и ждёт, пока откроют.
Человеческое сердце — это самая большая святыня. И она бывает разная у каждого человека. Заболел человек — сердце ожесточилось или, наоборот, смягчилось — у кого как. Один в болезни ропщет, другой в болезни кается. Стал богатым человек — сердце возгордилось, а у другого, наоборот, смирилось, он стал людям помогать. Обеднел человек — сердце стало наглым и дерзким, начало на Бога роптать. А кто-то — наоборот смирился, стал покорным Богу и поблагодарил Его за спасительное смирение. Разные ситуации влияют на сердце, меняют его.
Всё это является главной темой жизни Вселенной. Жизнь человеческого сердца — это главная струна, один только звук которой приятен Господу. На всё остальное Он смотрит гораздо менее внимательно. Хотя всё Его слушается и всё Ему подчиняется: дожди, ветра, реки, моря, пески. Всё слушается Его, и каждая букашка у Бога не забыта. Но на что Бог смотрит пристально, так это на жизнь человеческого сердца.
Именно об этом говорит Евангелие, сравнивая наши сердца с землей, а святое семя, которое сеется в эту землю, — со Словом Божьим. Мы должны, братья и сёстры, засевать эту землю. Можно прийти к любому крестьянину и по виду его поля или огорода сделать вывод о трудолюбии, об аккуратности, об усидчивости, о других качествах хозяина. Господь нас просит: «Покажи Мне сердце твоё. Дай Мне сердце твоё». И мы должны его пахать, мы должны его засеивать, должны его пропалывать. Перепахивание сердца, братья и сёстры — это исполнение заповедей. Это внутренняя внимательная жизнь. Да будет вам известно, есть такое слово — трезвение. И когда мы причащаемся Святых Христовых Тайн, священник молится: «Да будут Святые Тайны сии людем Твоим во трезвение души». Трезвение души — это внимательное отношение к своей внутренней жизни. Внимая себе, человек должен перепахивать своё сердце — глубокое, трудное, тяжёлое. Засевать его Словом Божьим и пропалывать от вырастающих страстей.
Мы страсти не сеяли, они сами растут. Спросите у любого жителя села, у любого крестьянина, сеял ли он бурьян на своём поле? Не сеял. Откуда же тот взялся? Если бы знать, не пустил бы его на поле. Бурьян не сеют, его только вырывают, и сколько ни вырывай, он растёт снова. Поэтому мы поле должны пахать, пропалывать и засеивать. Вот три занятия, которые касаются нашего сердца. Это есть наша, дорогие христиане, задача.