Дело шло, метод Гельмута работал, начальство было довольно. Не забывал лейтенант и про себя, одних только шуб он отправил домой столько, что его сёстры могли их менять хоть каждый день. Шубы шубами, но хотелось завладеть чем-то стоящим, настоящим богатством, такой случай скоро представился. Позвонил из комендатуры знакомый полковник, он без зазрения совести принимал от лейтенанта красивые вещицы в обмен на интересную информацию. Ему стало известно о доме, где жил врач-еврей, он был дантистом, а это значит что? Правильно, там может быть золото! Со слов полковника, сейчас там живёт экономка семьи, присматривает за домом, это ещё больше обрадовало Гельмута, не нужно будет в поисках тайника разносить квартиру по кирпичику. Собрав свою команду, теперь уже в кабине, Гельмут поехал обогащаться, на интересы Германии ему было плевать. Нашли дом, окружили его, двое солдат выбили дверь, проверили первый этаж, только после этого вошёл лейтенант. Женщина стояла на коленях в одной из комнат, за её спиной, присматривая за ней, двое его головорезов.
- Мне нужно золото! – Гельмут не спрашивал, он требовал.
Один из солдат перевёл слова своего командира, женщина отрицательно замахала головой, что-то сказала. Ему перевели: «она не знает о золоте». Гельмут кивнул солдатам, сам, не желая смотреть на их «работу», вышел из комнаты. Дом ему понравился, он даже подумал переехать сюда. Вроде всё просто, но уютно, а главное чисто. Гельмут провёл пальцем по роялю - ни пылинки. Вздрогнув от крика женщины, он сбросил на пол деревянного медведя, в негодовании пнул его в сторону обложенной красивой плиткой печи. Последняя из нижнего ряда отвалилась, упав, открыла нишу, Гельмут оглянулся, в комнате он был один. Встав на колени, лейтенант заглянул в квадратный проём, там что-то было. «Потом посмотрю» - подумал Гельмут, прикладывая плитку обратно. Только успел встать, как вошёл ефрейтор, он доложил, что женщина умерла. Заметно удивился, видя спокойствие своего командира, ещё больше удивился, когда тот не приказал искать тайник. Ночью Гельмут с денщиком пришли в дом, подойдя к печке, лейтенант показал на плитку:
- Убери её, достань то, что там лежит.
Денщик выполнил его приказ, вынул из ниши небольшой холщовый мешочек, подойдя к окну, Гельмут раскрыл его. Даже лунного света было достаточно, чтобы понять, что перед ним: блестели драгоценные камни, толстые кольца отсвечивали жёлтым цветом.
- Если кому расскажешь, с живого кожу сниму!
Денщик, зная норов своего хозяина, сглотнул слюну.
Через два дня командование решило высадить десант у небольшого портового городка, его оставили совсем недавно. Набрали отряд из двадцати пяти моряков, среди них был и Иван. Ранним утром, используя туман, к берегу подошли два катера, моряки высадились, было тихо. Только подошли к крайним огородам, как по ним, с трёх точек, ударили немецкие пулемёты. Иван видел, как падают растерзанные вражескими пулями товарищи, ему повезло, небольшое углубление возле валуна спасло его. Оставшиеся в живых моряки ответили огнём, Ивану удалось отползти, теперь он видел пулемётную точку, двумя очередями он подавил её. Поняв, что из пулемётов укрывшийся десант не взять, немец открыл огонь из миномётов, Ивана пару раз оглушило, а потом он потерял сознание. Очнувшись, понял, что его кто-то тащит, он крутил головой, но ничего рассмотреть не смог. Уложили его под деревянный настил, там он пролежал до ночи. Голова отошла, Иван мог соображать, услышал, что кто-то подкрадывается к нему, он приготовился к драке.
- Морячок, слышишь меня?
- Слышу.
- Свои мы, в другое место тебе надо, мы поможем, - сказал женский голос, Иван ему поверил.
Показались женщина и хромой мужчина, они взяли Ивана под руки, помогли перебраться в небольшой домик, там Ивану стало плохо, последнее, что он услышал было:
- Сдался он тебе! Скучно без мужика, морячка к рукам решила прибрать?
- Что за язык у тебя?! Свой это, как не помочь?!
Гельмут был озабочен проблемой – как отправить драгоценности домой? Если на его посылки с шубами смотрели сквозь пальцы, то это ему присвоить никто не позволит. Не желая ни на минуту расставаться со своим богатством, Гельмут сложил всё в портфель. В нём хранились накладные переданного им имущества, денщик не выпускал его из рук, лейтенант доходчиво ему объяснил, что он носит в портфеле свою жизнь. Находясь в штабе, Гельмут узнал, что четыре дня назад был захвачен небольшой портовый город, самое главное, этот город русские оставили почти без боя. Руки у лейтенанта зачесались, он испросил разрешение выехать туда. Его предупредили, что прошлой ночью там высадился вражеский десант, вроде бы всех уничтожили, но мог кто-то остаться, просили подождать, но лейтенанта было не остановить. Оставив в роте своего помощника, Гельмут со своей командой уехали. К вечеру были на месте, вспомнив о своей безопасности, лейтенант решил на ночь глядя в город не соваться. На окраине ему приглянулся большой дом, не беда что он был занят офицерами из пехоты, его молодцы быстро показали им, где выход. Наслышанные о самом Гельмуте и его солдатах, офицеры долго не спорили, собрав свои пожитки – удалились. Ночь прошла спокойно, вдалеке прозвучало несколько выстрелов, но Гельмут на них не обратил внимание, ему хорошо спалось на подушке, под которой лежало золото. Утром лейтенант и его отряд принялись за дело. Испытанным способом они установили место складирования музейных ценностей, их отступающие русские не успели вывезти, потом нашли подземный склад с боеприпасами. Проезжая в хорошем настроении по одной из улиц, лейтенант заметил, что из одного окошка за ними наблюдают, он приказал водителю остановиться, а солдатам проверить дом. На улицу вывели женщину и хромого мужчину.
- Почему вы на нас смотрели?
- Так боимся, господин офицер, - ответил мужчина, но не его хотел слышать лейтенант, а женщину, она поражала своим спокойствием, в отличие от хромого.
- Я тебя спрашиваю! – Гельмут смотрел женщине прямо в глаза, один из солдат толкнул её прикладом в спину.
- Сказали же – боимся, - женщина не отводила взгляда, лейтенант видел, что она нисколько не боится, а ему хотелось обратного.
Достав пистолет, он приставил его к голове женщины:
- А так, страшно?
- Да, - но она лгала, Гельмут это чувствовал, он выстрелил.
Первый раз он сам убил человека, в его душе ничего не перевернулось, он равнодушно смотрел на мёртвое тело.
- Не надо, меня не стреляйте, я скажу, где моряк прячется, - хромой трясся от страха.
Это уже было интересно, Гельмут ни разу не видел русского военного, а тут есть возможность взять его в плен, да ещё кого – моряка! Он много раз слышал, что русские моряки дерутся даже сильно раненые, их называли "дьяволами", лейтенанту хотелось увидеть такого. Хромой провёл во двор дома, показал на небольшое строение. Солдаты знали своё дело, окружив, вломились туда почти все сразу, через минуту вывели связанного моряка.
- Отправьте его в штаб, - лейтенант был не впечатлён увиденным, перед ним стоял обычный человек.
Ивана выбросили из грузовика как куль с мукой, ударившись о землю, он с трудом сдержал стон. Двое немецких солдат, грубо подхватив его, втащили в помещение, поставив моряка на колени, они вытянулись в струнку, перед Иваном стоял офицер, на его правом глазу блестело стекло.
- Где остальные? – спросил офицер на вполне понятном русском языке.
- Один я был.
- Сколько вас всего было? – задал второй вопрос офицер, ответа на первый он как будто не слышал.
- Один я был, - Иван повторил свой ответ громче.
Немец сказал что-то по-своему, Ивана снова потащили, теперь уже спускаясь по ступенькам. Бросив его на пол, каждый из солдат ударил его по одному разу ногой.
- У нас гости!
Иван покрутил головой, заметил в углу силуэт человека – это был мужчина.
- Ты кто?
- А я и не знаю кто я.
- Давно здесь?
- Давно, как царя скинули, так здесь и сижу.
Иван не понимал, что хочет сказать этот человек и, причём тут царь?
- За что тебя сюда упрятали? – Ивану хотелось ясности, задавая вопрос, он уже понимал, что его собеседник не в себе.
- Били сильно, - как бы сам себе сказал незнакомец.
- Чего хотели?
- Ценности музейные, я там работал, спрятали мы их.
- Сказал?
- Сказал. Били сильно. Тебя тоже бить будут, - мужчина засмеялся.
- Я ничего не прятал.
- Всё равно бить будут.
Слова это человека оказались пророческими. Через час пришли два немецких солдата, били много, но не сильно. Потом с визитом был тот самый офицер, снова спрашивал, Иван молчал, его снова били.
Через несколько дней, уже забыв про моряка, лейтенант пил кофе в штабе. Капитан, ведающий хозяйственными делами дивизии, заискивающе на него смотрел, ему льстило, что родственник друга Гитлера сидит с ним за одним столом. Зазвонил телефон, капитан снял трубку, он был не доволен, что его отвлекают от интересной беседы. Собеседник на том конце провода спрашивал, куда деть трупы расстрелянных, капитан в сердцах ответил, что можно в море скинуть.
- А того матроса расстреляли?
- Какого? - не сразу понял капитан, - А, которого ты в плен взял?
- Да, этого.
- Сейчас узнаю, - капитан с кем-то поговорил по телефону, потом протянул трубку лейтенанту.
Представившись, Гельмут повторил свой вопрос, ему сказали, что ещё нет, но сегодня расстреляют точно.
- А можно я это сделаю? Я ведь его пленил.
Повисла пауза, потом ему объяснили, где можно забрать пленника, лейтенант был доволен.
Иван стоял на краю пирса, за спиной плескалось спокойное море, светило солнце, несколько воробьёв, усевшись на ограждение, щебетали, обсуждая что-то своё, птичье. Радоваться бы старшине первой статьи жизни, ан нет, прямо перед ним стоит враг, а он ничего ему сделать не может, руки связаны. Матрос посмотрел в глаза молоденькому немецкому лейтенанту, не было там ничего человеческого, только ненависть и жажда убийства. Иван видел, что тот неспроста тянет время, оттягивая расстрел, лейтенант упивался властью, своим превосходством. «Пусть так, отольются ему слёзы советских людей, за всё воздастся!» - подумал Иван, наблюдая за солдатами, которые не спеша строились в шеренгу. Лейтенант отдавал солдатам приказы, а сам не сводил глаз с матроса, по его команде те подняли свои карабины. «Ну уж нет, больше удовольствие я тебе не доставлю!» - Иван прыгнул в воду, только голова скрылась, как он стал отчаянно грести, плывя вдоль бетонной стенки сооружения. Были слышны выстрелы, по воде шлёпали пули. Доплыв до угла, Иван поднырнул под нависающий выступ, с жадностью вдохнул, в воздушном мешке под пирсом можно было переждать. Доски опалубки давно сгнили, на их месте остались полоски бетона с зазубренными краями, Иван стал перетирать верёвку, скоро ему это удалось, руки были свободны.
И вот перед ним тот самый моряк, дьявол! Лейтенант не торопился, он ждал, ждал мольбы о пощаде, ждал слёз, но человек был спокоен, даже иногда улыбался. Впервые за свою жизнь Гельмут почувствовал страх, он боялся этого связанного и избитого русского моряка, боялся до дрожи в коленях. Его солдаты встали в шеренгу, приготовили оружие, только лейтенант поднял руку, как матрос прыгнул в воду, Гельмут застыл на месте, он не верил в происшедшее. Солдаты бросились к краю пирса, стали стрелять, но в воде никого видно не было. Сидя в своей комнате, Гельмут налил в стакан шнапс, прав был капитан, алкоголь помогает отвлечься, забыться, хотя после того случая с детьми он Брауну не помог. Лейтенант посмотрел на портфель. «Может отдать драгоценности завтра, сказать, что только обнаружили?». «Позор можно пережить, а бедность нет» - шептала алчность и она победила. Ему не простили побег матроса, напрямую не говорили, но он видел это во взглядах старших офицеров. Как назло, все поиски его команды оканчивались неудачей. Он уже устал от криков их жертв, они ему слышались по ночам, он забыл, когда последний раз нормально спал. В один из дней, после обеда, Гельмут вышел встречать свой грузовик, в этот раз он с ними не поехал, совсем плохо себя чувствовал, а ефрейтор был доволен. Рассказал, что они привезли тюки с шерстью и рулоны материи, хорошей материи. «Господи, это всё не то!» - хотелось крикнуть лейтенанту, он с трудом сдержался. Вечером он напился, напился так, что утром не смог поднять с подушки голову, его солдаты снова уехали без него. Помутнённое сознание Гельмута не воспринимало время, сдали нервы. Денщик приносил ему кофе, но он отталкивал чашку, напиток только пол пачкал. Осознав, что уже вечер, а его команда ещё не вернулась, лейтенант хотел оправить денщика в штаб, узнать, не случилось ли чего, но испугавшись остаться один, передумал. Потрескивая, на столе горели три свечи, отблески огня рисовали на стенах страшные картины, а может ему так казалось. Кто-то тихо постучал в входную дверь. «Надо было оставить троих солдат для охраны» - подумал Гельмут, не успев крикнуть денщику, услышал, что дверь открылась.
- Господин лейтенант, к вам…, - голос затих, подавленный хрипом.
Гельмут потянулся к кобуре, но не успел, дверь распахнулась, на пороге его комнаты стоял тот самый моряк, за его спиной виднелись ещё люди.
Вынырнув из воды, Иван прислушался, на пирсе никого. Перебирая ослабевшими руками, он цеплялся за торчащий из бетона металл. Над головой раздался голос:
- Ты водяной?
Иван увидел мальчишку.
- Ага. Помоги мне выбраться, а то утону.
- Водяные не тонут, - деловито сказал мальчик, протягивая конец удилища.
Оказавшись на берегу, Иван долго не мог отдышаться.
- Я деда позову, мне тебя не дотащить.
Мальчишка убежал, а Иван влез под деревянный настил. Минут через десять послышались голоса:
- Ну, где твой водяной?
- Тут он был.
- Здесь я, - Иван совсем ослаб и замёрз, его голос был еле слышен.
- С часок ещё сдюжишь? Скоро стемнеет.
- Постараюсь.
- А мне что делать? – спросил мальчик.
- Ты рыбу пришёл ловить, вот и лови, а я скоро вернусь.
Старик не обманул, пришёл с товарищем, они помогли Ивану выбраться из-под настила, его снова несли. Сутки он спал, снов не видел, очнулся другой ночью, пахло жареной рыбой.
- Проснулся? – старик протянул ему кружку с тёплой жидкостью, - Пей, а то заболеешь.
Иван выпил залпом, вкуса не почувствовал, а может его и не было.
- Я так понимаю, что ты из того десанта?
- Да.
- Крепко вас побили.
- Ещё кто в живых остался? Может, слышали чего?
- Сколько вас было?
- Двадцать пять.
- Выходит ты один. Мёртвых мы сразу похоронили, раненых немцы забрали, а потом привезли уже мёртвыми, вышло двадцать четыре. Отлежись, потом тебя за город выведем.
- Дело у меня в городе есть, - Иван желал расквитаться с хромым, в том, что он его выдал, не сомневался.
- Ты посмотри на него, только в город прибыл, одной ногой на том свете был, а у него уже и дело есть!
Рано утром его разбудили.
- Вставай, помощники пришли.
Иван встал, за столом сидели трое.
- Какое у тебя дело в городе? – спросил один из них.
- А вы кто?
- Местные мы, партизаны.
Дед кивнул, подтверждая слова незнакомца.
- Хромой тут у вас один есть, он меня немцам выдал, точно, он!
Мужчины переглянулись.
- Клавдия, та женщина, что тебя спасла, погибла. Она нам про тебя весточку послала, но мы не успели. Давай так, мы поможем тебе, а ты нам.
Иван согласился. Хромого предателя уничтожили тихо, повезло ему, умер в своей постели. Николай, так звали старшего у партизан, рассказал, что в городе появилась команда немцев, ищут ценности, людей пытают, описал их командира.
- Это он меня в плен взял и расстрелять тоже он хотел.
- Значит, дело у нас общее, по-другому и быть не может. Они на старый ручей собираются, там им засаду устроим.
Отряд партизан расположился по обеим сторонам дороги, заняв места повыше. Наблюдатель, который был здесь с утра, сказал, что грузовик проехал, оставалось ждать, когда он будет возвращаться. Ожидание было недолгим, ближе к вечеру послышался звук мотора, грузовик снизил скорость перед ручьём, партизаны открыли шквальный огонь. Через три минуты всё было кончено, вода в ручье окрасилась в красный цвет. Осмотрев трупы, Иван сказал командиру, что лейтенанта среди них нет.
- Мы знаем, где у него штаб, ты с нами?
Как Иван мог отказаться? Пробравшись к дому, тихо постучали в дверь, стоявший в дверном проёме партизан, остальные спрятались по бокам, сказал открывшему дверь солдату, что ему нужен лейтенант, солдат хотел было позвать своего командира, но стальной клинок вошёл в его тело. Иван ударил в одну из дверей ногой, она распахнулась, на кровати лежал его знакомый.
- Что с ним делать будем?
- Есть у меня одна мысль. Я по его глазам видел, что он любит, когда его боятся, хочу, чтобы он боялся, хочу увидеть его страх!
Связанного по рукам и ногам лейтенанта поставили на табурет, накинув на его шею петлю, другой конец верёвки перебросили через потолочную балку. Верёвку подтягивали до тех пор, пока лейтенант не встал на цыпочки.
- Ты хорошо его связал? – спросили у Ивана.
- Лучше не бывает, я такие узлы знаю!
Лейтенант боялся, как никогда, его исподнее было мокрым.
До поздней осени Иван был с партизанами, воевал, когда встретили в лесу армейских разведчиков, ушёл с ними, унося портфель лейтенанта. Снова он был при деле, на корабле. Вернувшись, узнал, что его жене отправили похоронку, поторопился написать ей письмо, вскоре пришёл ответ, она была рада, что Иван жив. Домой моряк вернулся после окончания войны с Японией. Его дочка стояла возле мамы, не решаясь подойти к незнакомому дяде, но, когда ей сказали, кто перед ней, бросилась ему на шею. Обнимая отца маленькими ручонками, приговаривала:
- Папочка, папочка вернулся.
Конец.
Дело шло, метод Гельмута работал, начальство было довольно. Не забывал лейтенант и про себя, одних только шуб он отправил домой столько, что его сёстры могли их менять хоть каждый день. Шубы шубами, но хотелось завладеть чем-то стоящим, настоящим богатством, такой случай скоро представился. Позвонил из комендатуры знакомый полковник, он без зазрения совести принимал от лейтенанта красивые вещицы в обмен на интересную информацию. Ему стало известно о доме, где жил врач-еврей, он был дантистом, а это значит что? Правильно, там может быть золото! Со слов полковника, сейчас там живёт экономка семьи, присматривает за домом, это ещё больше обрадовало Гельмута, не нужно будет в поисках тайника разносить квартиру по кирпичику. Собрав свою команду, теперь уже в кабине, Гельмут поехал обогащаться, на интересы Германии ему было плевать. Нашли дом, окружили его, двое солдат выбили дверь, проверили первый этаж, только после этого вошёл лейтенант. Женщина стояла на коленях в одной из комнат, за её с