Лев Балашов
Пользователь из интернета (назовем его Алексей) написал мне:
...Вот цитата из книги А.П.Никонова, согласен с каждым словом:
"Отчего же такой хороший стоицизм проиграл такому плохому христианству?
Стоицизм проиграл по той же причине, по которой симфонии проигрывают мыльным сериалам. Навоз в этом мире преобладает над жемчугом, руда над металлом, а быдло над умными и приличными людьми.
Умному закон не нужен, чтобы быть порядочным. А тупому необходима узда. И христианство явилось такой уздой — страшной сказкой для плебса, который, словно осел, управляется райской морковкой, висящей спереди, и адской плеткой, висящей над задницей. Иначе быдло не понимает: «А зачем мне быть нравственным, если Бога нет?»
Христианство — это суррогатная нравственность."
— Последняя фраза ключевая.
МОЙ ОТВЕТ:
В отличие от Вас не согласен с этим текстом Никонова. Слишком плохо он думает о людях! Дурной человек дурно думает о других. Корни религии глубже, не в одной только глупости людской. Кстати, мы все глупы в какой-то мере. А тот, кто противопоставляет себя как умного-приличного всем остальным людям как глупым, считая их навозом, быдлом — тот высокомерный болван.
Общество — это пирамида людей и тот, кто находится на самой вершине, поддерживается всеми средними и нижними слоями. Таланты рождаются и существуют благодаря просто способным людям, которых бесчисленное множество. Талантов миллионы. На базе талантов рождаются гении. Их всего тысячи. Нет никакого навоза истории, нет никакого быдла. Это всё ницшеанские перепевы. Существует сложное и, я бы даже сказал, сверхсложное взаимодействие людей, которое никакими упрощенными схемами (типа "умный-глупый, "самостоятельный-быдло") невозможно передать. Никонов здесь просто дурак, жалкий эпигон Ницше. Прости, господи!
"Христианство - это суррогатная нравственность" - и здесь он с этой фразой вляпался в самое д...о. Да, христианская этика — всего лишь один из образов человеческой морали, где-то она искажает. А кто не искажает? Никонов, Вы, я? Нет таких, кто не искажал бы в чем-то действительность.
Его фраза — от высокомерия и ограниченности. Себя, свои моральные представления он высоко меряет, а христианскую этику низко, как суррогат морали. Опять дурно думает о других (а о себе хорошо). Эх-эх!
