О физическом насилии в семье много говорят. Но часто забывают о психологическом, которое по своим последствиям ничуть не менее травматично. И шрамы в душе оставляет глубокие.
Катя с умным видом рассуждала: «Знаешь, как это называется? Абьюзинг!» Она повторила это слово несколько раз по слогам - видимо, чтобы я ни на минуту не сомневалась в том, что со мной произошло. Но мне было все равно.
А началось все двенадцать лет назад, когда несмышленая юная девчонка впервые по-настоящему влюбилась. Игорь для меня был светом в окошке, настоящим принцем - без шуток! «И как только он, такой идеальный, может быть одиноким?» - удивлялась я. Впрочем, одиноким Игорь был недолго. За пару месяцев до нашей встречи он расстался с возлюбленной и впоследствии любил мне рассказывать, какой глупой и гадкой оказалась его пассия. Вскоре и я начала ее ненавидеть, хотя сейчас понимаю: это был первый звоночек.
Первые несколько лет наша семейная жизнь складывалась довольно гладко. Ну, подумаешь, на корпоративы Игорь меня не отпускал - ревновал, наверное. Не уважал мои увлечения: «Прости, но я бы твою картину не купил - простовата». В остальном он был без изъяна.
После свадьбы и рождения первого ребенка многое поменялось. Сначала я успокаивала себя: такое бывает, у мужчин тоже случается депрессия в первый год жизни малыша. Помню, даже отдавала маленькую Верочку маме, чтобы устроить мужу романтический ужин. А что? Разве не заслужил? А он в ответ: «Ты, конечно, считаешь себя героиней. Но только представь, как стараюсь я, каждый день по восемь часов зарабатывая нам на жизнь!» Я молчала, поддакивала, хотя домашние хлопоты давались мне откровенно нелегко. Под вечер я была никакая - лишь бы рухнуть в кровать и уснуть. Но вечером приходил Игорь. «Что, опять голова болит?» - спрашивал он презрительно, подходя ко мне. И я понимала, что больше не могу притворяться спящей. Конечно, мужчине нужен был секс...
С появлением второго ребенка все стало только хуже. По вечерам Игорь начал выпивать. Когда я заходила на кухню и пыталась его остановить, он заявлял: «Не стыдно тебе? Смотри, в кого я превратился!» Спать я ложилась в скверном настроении, будучи уверенной, что я - корень того зла, что происходит в нашей семье.
Единственной моей отрадой были встречи с друзьями - строго раз в месяц. Зато сам Игорь мог все выходные пропадать с приятелями на рыбалке. «Я мужчина, мне можно», - якобы в шутку объяснял он эту дискриминацию. И тут же добавлял: «Тебе же моя мама помогает, чего ты жалуешься?» Свекровь действительно приезжала - всегда без приглашения. Когда я намекнула супругу, что ее визиты неудобны мне, он проявил себя совершенно неадекватно: «Я хозяин в доме! И мне решать, кто будет приходить в гости!»
Когда младшей дочке исполнилось пять лет, а старшему сыну было уже девять, я поняла: надо что-то делать. Все наши ссоры с Игорем происходили на их глазах. А так хотелось вернуться к прежней жизни, стать такой, какой я была когда-то. Но даже выйти на работу из декрета муж мне запретил: «Ты прежде всего мать!» Тогда мне показалось это правильным, решением. А теперь...
Теперь ежедневно я размышляла, куда нам уйти. И везде были препятствия. Я просто разучилась решать какие-либо проблемы, ведь всегда и всем руководил муж. «Я сказал - остальные сделали!» - таковы были его правила. А я могла только, как собака, выполнять приказания хозяина. Я поняла, что зависима от мужа и не могу разорвать с ним связь. Игорь это чувствовал и любил повторять: «Куда ты теперь денешься?» Но однажды «собачка» не выдержала.
Супруг никогда меня не бил. До такого просто не доходило: я всегда гасила наши ссоры. Но вот приближалось лето, и мы стали задумываться об отпуске. Впервые мне захотелось провести его так, как хотели дети, а не в оздоровительном санатории, куда уже купил для нас путевки Игорь. «Это не обсуждается», - буднично сказал муж. Я возразила - он повысил голос. Я попыталась объяснить свою позицию, но, видимо, она ему не понравилась, потому что Игорь в порыве схватил разделочную доску. Нет-нет, он меня не ударил - лишь замахнулся. Но я заметила две белобрысые макушки в дверном проеме. Дети все видели... Дальше так продолжаться не могло.
С горем пополам насобирала денег на дорогу до моей мамы для детей. Близкая подруга открыла для меня двери своего дома. Она же настояла, чтобы я обратилась в бесплатную юридическую консультацию за помощью. Сидя у подруги на кухне, я твердила сама себе: «Ты молодец, Ира! Ты молодец!» Но внутри все сжималось от страха и боли. Я понимала, что это только первый шаг и впереди еще длинная дорога.
«Ты больше не тонешь, дорогая! - сказала подруга, обняв меня за плечи. - Ты сделала глоток воздуха, теперь просто плыви к берегу». И я вытерла слезы.