Сегодня пару, буквально, слов о Швеции. Главным образом XVIII века. Печальное, хоть и славное для нее столетие: громкие победы – под той же Нарвой. И столь же громкие поражения – под Полтавой. И не только. А главное – закат великодержавной политики, начало которой положил один из величайших полководцев и военных реформаторов Европы Нового времени – король Густав II Адольф.
В век – тут немного отшагнем в XVII столетие – наемничества он создал пусть и небольшую, но прекрасно обученную и вооруженную национальную армию; пожалуй, лучшую в Европе, принцип комплектования которой во многом перенял Петр I.
Хотя ограниченные демографические ресурсы Швеции заставляли и ее нанимать солдат как для ведения экспансионистских войн, так и защиты завоеванных территорий. А они были немалыми – недаром Балтийское море называлось «Шведским озером».
Больше того, в средине XVII столетия шведы едва не уничтожили Речь Посполитую, когда войска короля Карла X Густава даже взяли Варшаву – в 1655-м. Собственно раздел сформированной в 1569 году Люблинской унией державы, благодаря успехам шведского оружия, мог состояться на столетие раньше. Но польско-литовское государство выстояло и продержалось еще целый век, погружаясь в анархию и слабея.
Что касается шведов, то их военное могущество основывалось в числе прочего на субсидиях со стороны Франции, традиционно, с XVI столетия, патронировавшей Швецию и Речь Посполитую, а также имевшую дружественные отношения с Османской империей, дабы угрожать с востока своему главному сопернику в Европе – монархии Габсбургов.
Собственно, Петр I эту геополитическую конструкцию и разрушил, отстояв польский престол за своим ставленником – саксонским курфюрстом Августом II Сильным и выбив Швецию из разряда великих европейских держав.
Разумеется, в Стокгольме не могли с этим смириться и после Северной войны еще пару раз сражались с нами: в 1741 – 1743 годах и в 1788 – 1790-х.
Но без финансовой помощи Бурбонов шведы физически оказались не в состоянии противостоять набиравшей силу Российской империи. А в ходе второй из упомянутых войн Парижу было не до акватории Балтийского моря. Хотя против Екатерины IIвыступил один из самых способных шведских королей – Густав III, весьма амбициозный и мечтавший о ренессансе шведского великодержавия. Но дни оного были сочтены. И в XIX веке Швеция превращается во второстепенную на континенте.
Пример же упомянутого короля Густава III, равно как и, хоть и в меньшей степени, Карла XII свидетельствует о той опасности, которую подстерегают страну, не соизмеряющую свои амбиции и реальные возможности. Поучительный, согласитесь, пример.
Если Вам понравилась статья— подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков