Представьте себе ребёнка, перед которым мама поставила тарелку с нелюбимой едой. С чем-то таким, от чего, прям, воротит. А теперь представьте, что в семье по каким-то причинам стоит запрет на отказ от еды. Что делать при таком раскладе ребёнку? Один из вариантов выхода — что-то такое сделать с собой, чтобы перестать распознавать своё отвращение, потерять чувствительность. В этом случае ребёнок будет понимать, что еда ему не подходит. только после того, как наестся. Второй вариант — сделать что-то такое, чтобы мама (ну, например, мама) сама забрала у него тарелку или даже выгнала из-за стола. Например, можно нарушить какое-то правило. Есть ещё вариант — попытаться отстоять своё право не есть. Но если за такое раз за разом следуют жестокие санкции, фактически остаются лишь первые два варианта.
А теперь представьте себе ребёнка, перед которым мама поставила его самый любимый десерт. Например, пятикилограммовый торт. И да, это всё та же самая семья, в которой по неизвестным нам причинам стоит запрет на отказ от еды. Первые несколько ложек ребёнок съест с удовольствием, возможно, он осилит даже треть или половину торта (или нет), но вряд ли сможет съесть все пять кило. В какой-то момент поднимется отвращение. Не потому, что торт невкусный, а потому что его чересчур много. И варианты действий в таком случае будут такими же, как в примере с нелюбимой едой.
Отвращение — это сигнал о том, что что-то мне не подходит. Оно может быть отвратительно само по себе, своей формой или содержанием, а может вызывать отвращение тогда, когда предъявляется в избыточном количестве или на более близкой дистанции, чем мне комфортно. Именно отвращение оберегает нас от просроченных продуктов, некоторых опасных веществ, заставляет сторониться неприятных нам людей, помогает соблюдать чувство меры с тем, что мы любим, заставляет мыть посуду и соблюдать гигиену...
Но отвращение, как и любое другое чувство, может быть незамеченным, нераспознанным, подавленным, запретным. По разным причинам. Например, потому, что с детства этому учили. Тогда как человек, который не чувствует отвращения, может регулировать дистанцию с другими людьми? Как такой человек может прекратить отношения с тем, кто ему не подходит? Как он может не вступать в те отношения, которые ему не нужны, если его в эти отношения заманивают и затягивают? Как такой человек будет отказывать другим? Как он будет отвергать?
Многим людям знаком сильный страх отвержения. Это вполне понятный страх. Особенно силён он бывает на этапе узнавания друг друга. Потому что непонятно же, какой он, этот другой, не отвергнет ли меня, узнав поближе. Иногда этот страх преследует и дальше. Особенно силён этот страх у тех, кого много раз отвергали в прошлом. Ну, не повезло. Люди какие-то попались, отвергающие. Случайно ли?
Есть такой механизм — проекция: когда я не замечаю или отрицаю в себе что-то, это что-то я буду постоянно видеть в других, причём именно со мной другие, действительно, будут проявлять это самое «что-то» во всей красе.
Стоит, прям, напоминать себе, когда что-то начинает регулярно цеплять в других: «То чего нет во мне, я не могу увидеть в другом. Если я не могу иметь дело с чем-то, что есть во мне, мне придётся иметь с этим дело в других».
Обычно механизм проекции иллюстрируют на примере злости или агрессии: человек, который отрицает, что он способен на агрессию, регулярно замечает, что мир полон агрессии, иногда он даже весьма агрессивно настаивает на своём видении мира, на том, что все должны перестать быть агрессивными, при этом свою агрессию он, разумеется, не замечает. Но механизм работает с разными человеческими проявлениями: так человек, который игнорирует свои сексуальные потребности, может замечать, что другие просто помешаны на теме секса, человек, который не замечает свою зависть, жалуется на то, что все вокруг очень завистливые...
Впрочем, вернёмся, к отвращению. И к отвержению заодно.
Каким образом человек, который не чувствует отвращения, может регулировать дистанцию с другими людьми? Как он будет отвергать тех, кто ему не подходит? Единственным вариантом избежать «передозировки» общения с неподходящими людьми, единственным вариантом регулирования дистанции будет выбор таких людей, которые сами будут отвергать. Раз за разом человек, не способный отвергать сам, вынужден встречаться с чьим-то отвержением, с тем, что его не выбирают, не хотят, отодвигают. Всякий раз это больно (ну, если только не потерять чувствительность), страх снова встретиться с болью мешает себя проявлять при знакомстве с новыми людьми, вступать в очередные отношения, даже хотеть этих отношений. При этом потребности-то в близости, в принятии, в признании остаются. Так себе ситуация.
Если вы тот самый человек, которого регулярно отвергают, попробуйте поисследовать себя и посмотреть, а умеете ли вы отвергать. При этом важно различать злость и отвращение, потому что, когда мы злимся на другого, мы приближаемся или остаёмся, а когда испытываем отвращение — отдаляемся.
