фэнтези
#фэнтезирассказы
#эльфы
#темныеэльфы
Альтелла задумалась. Ведь сейчас она могла вместе с мужем путешествовать по лесам, радоваться охоте и жизни, веселиться на пирах Извечной Пары. Если бы только… Если бы только она не была настолько беспечна раньше. Если бы не потеряла по беспечности и гордыне дар Высших.
Великая Золотая Олениха – единственная, что носила ветвистые рога из всех Оленей. Она была дарована самим сущим и принадлежала Королю и Королеве. В свое время Сущее создало же тело Прекрасного Оленя, самца, чье тело было сплетено из ветра, солнечных лучей и света звезд. Лишь с одной целью пришел он на землю – чтобы оплодотворить Важенку. И, когда понесла она, самец растворился в ветре, воде, земле.
А Самка стала бережно вынашивать плод. С тех самых пор не оставляли ее одну, и каждый день присматривал за чудесным животным кто-то из Дивных, ходя за ней, наслаждаясь теплом, исходящим от дара божеств, следя за тем, чтобы даже тень тьмы не коснулась его. Это была честь, однажды выпавшая и Альтелле.
Ветвисторогая в тот день ушла на дальние луга, за сочной перелист-травой. И особо нужно было следить за ней, ибо близился уже час родин. Когда же начался он, то Альтелла должна была быстро позвать целителей, чтобы проследили за всем. Но девушка не стала, понадеявшись на свою силу. Да и что случится с тем, кого охраняет само сущее? Только потом осознала Альтелла, что ее обуяла гордыня, и не стала она сообщать о начале родов, так как хотела первой увидеть новую важенку и принести весть о том, что свершилось. Возможно, тьма незримо вошла тогда в Дивную, воспользовавшись ее наивностью. Когда осознала Альтелла, что все идет не так, как должно, и позвала на помощь, было уже поздно. И чудесное животное, и ее еще не рожденное дитя, погибли.
А Альтелла, испугавшись строгого наказания, просто сбежала, не в силах даже принять на себя ответственность за сотворенное. Поначалу долго жила среди смертных, а когда ее нашли, пришлось принять более существенные меры и затаиться уже в сознании человека. Это была не жизнь, так, прозябание. В любой момент Альтелла могла выгнать Итку настоящую, занять ее тело полностью. Дивная так и собиралась поступить. Опять боялась. Каждый год говорила себе – еще немного, пусть забудут. Хоть и знала, что подобное не забывается и не прощается.
Теперь же она вновь не знала, что делать. Возвратиться в деревню не могла. Даже если Лорд решил не преследовать ее, то уже скоро пошлют псов. На это раз, Альтелла была уверена, с предупреждениями церемониться не будут. До сих пор Альтелла не понимала, в честь чего соотечественники решили, что ее можно выманить на страдания низшей расы только потому, что она с этой низшей расой прожила какое-то время?
Домой она вернуться тоже не могла. Отступница, на которой лежит тягчайшее преступление, побег, да еще и захват человеческого тела. Притом, что свое собственное она уничтожила, просто растворив с помощью магии в мире. Не смогла бы его сохранить, как в таких случаях делали это Дивные, чтобы было куда возвращаться. А теперь – ей осталось только вновь бежать, скрываться. Альтелла не представляла, как и где? Уж даже если нашли ее в этом облике, спрятанной в сознании человеческой девчонки.
‒ Тебе нужно вернуться, ‒ раздался голос совсем близко.
Альтелла вскочила и обернулась. На нее смотрел ее суженый. Сейчас Альтелла опять ощутила к нему. Нет, не любовь – они не любили друг друга, их брак был бы взаимовыгодным сотрудничеством между семьями. Очень теплые дружеские чувства.
‒ Куда? Как? ‒ Альтелла почувствовала себя невероятно уставшей, силы оставили ее. Даже встать на ноги сейчас, наверное, не получилось бы.
‒ Домой, ‒ проговорил Феалл. ‒ Я буду ходатайствовать за тебя перед Парой. Они позволят.
‒ Нет, -- резко прервала его Альтелла, ‒ нет. Если ты испытываешь добрые чувства ко мне – просто никому не говори. О нашей встрече.
‒ Но.
‒ Я трусиха. Трусиха, понимаешь?! И я заслужила то, что со мной произошло. Тогда, после смерти Оленихи, меня собирались отлучить от двора, лишить части силы, всех привилегий придворной. На годы и годы. А я испугалась. Трудностей, позора. Что я, такая важная, стану ниже тех, с кем общалась лишь кивком головы. Нет… Я сама думала, что грех мой не стоит сурового наказания, представляешь? А потом, когда чуть осознала, – перетрусила и сбежала. Нет, не просто трусиха. Гордыня ‒ поистине смертный грех. Тут люди правы.
Альтелла развела руками в бессилии.
‒ Я понимаю, ‒ сказал Дивный. ‒ Что же, этого стоило ожидать. Страх не порождает ничего хорошего. Но у тебя есть выбор.
‒ И кто мне его предоставит?
‒ Королевская Пара, ‒ Феалл ухмыльнулся. Взгляд его при этом оставался печальным. ‒ Ты удивлена? Ну да, Кони и Псы. Тогда это было предупреждение тебе. И твой шанс. Пара надеялась, что ты сама поймешь, сможешь принять судьбу, взять ответственность… Впрочем, это уже неважно.
‒ Они знали, ‒ прошептала Альтелла.
‒ Разумеется. Они знают все, что случается с их подданными.
Альтелла вздохнула и опустила голову. Она вспомнила Королевскую Пару, когда в последний раз видела их на Охоте. Король и Королева. Она -- женщина. Или девушка. Или почти девочка. Или старуха. Никто не мог назвать Её возраст. Никто. Она всегда была легка, очаровательна, могуча. А её глаза – прекрасны, и в них сквозила мудрость, неизведанная никем, кроме Её супруга. И такая же неизведанная никем печаль. Вот только печаль Её принадлежала только Ей, и даже Её супруг не имел права разделить с Ней эту ношу. И вся старость мира была в глазах Её вместе с невинностью того времени, когда мир только родился. Даже когда смеялась, в Её глазах была вся мудрость и старость мира. Даже когда уста Её изливали мудрость, в глазах Её была невинность и неискушенность новорожденного. И Он – легкий телом, но с неожиданно тяжелыми шагами, которые, казалось, смогли бы расколоть и камень. Похоже, вся земля содрогалась от них и глупые птицы, рассевшиеся на ближайших деревьях, взлетали, крича от страха, хоть и знали, что бояться нечего. На губах Его была часто улыбка, но кто вообще мог сказать, о чём Он думает и чему улыбается? Только Его супруга. Никто больше. Супруги были похожи. И отличались. Если Она была одновременно всем – старухой, женщиной, девочкой, девушкой, то Он в любой момент принимал любую из этих форм – старика, зрелого мужчины, хрупкого юноши, мальчика. Его облик был не текуч, как у Супруги, но это была иллюзия. Он тоже был всем. Лишь предпочитал показывать себя по-другому. Не сочетая во внешнем виде всех форм сразу, а меняя по настроению или необходимости в данный момент.. А глаза Его тоже вмещали мудрость. Только эта мудрость гораздо лучше маскировалась то в холодном, то в тёплом взгляде. Лучше всего -- во взгляде безумца, форму которого Он любил иногда принимать. Не часто. Лишь чуть чуть чаще, чем форму дурачка, которую Он использовал, чтобы принести очередной глоток воды в решете или если вновь нападала блажь заняться подсчетом бесконечных звезд. А ещё в этом взгляде был смех. Такой же вечный смех, как вечная печаль во взгляде Его Супруги. Правда, никто не знал, принадлежит ли этот смех только Ему или он делит свою ношу с Супругой. И поговаривали, что даже Он сам не знал этого.
Как вообще можно было бы подумать даже о том, что сможешь обмануть их? Альтелла невесело рассмеялась. Плечи девушки опустились, дыхание давалось с трудом, спина согнулась ‒ сам воздух стал невероятно тяжёлым.
‒ И что же Пара велела передать? – спросила она у Феалла, который все это время молчал, ожидая, когда она найдет силы для вопроса.
‒ Ты не можешь так, это правда. Ты должна оставить тело этой девочки.
‒ Это смерть, ‒ прошептала Альтелла
‒ Самая легкая из возможных, ‒ кивнул Феалл, ‒ после этого твоя душа вновь сможет воплотиться среди Первого Народа.
‒ А если я откажусь?
‒ Тогда тебе придется вступить в бой с девчонкой. Ты знаешь, кто она? Потомок охотников на нас. Человеческих Охотников, что обладали достойной магией и поначалу были покорны воле храма. После того, как они показали свою силу, жрецы и маги Единого сами испугались их мощи и независимости, ибо волки уже не хотели становиться псами. И Охотники прятали своих детей, заперли свою силу, чтобы сохранить свои семьи и потомков. Сила никуда не делась, передаваясь по крови. Служители Единого тоже знают о потомках Охотников. И охотятся уже за ними. Сейчас в девчонке сила спит. Если ты попытаешься выгнать ее – проснется. Или ты можешь и дальше существовать на пороге ее сознания. Если тебе нравится такая не-жизнь.
Альтелла вздрогнула. Сейчас, даже под гнетом боли и усталости, она ощутила, как много потеряла – мысли, ощущения, саму себя, пока спала в сознании Итки. Она просто не сможет опять позволить себе впасть в такую кому, ощущая, что растворяется, будто крупинки соли. Даже не была уверена, а сможет ли она вновь прийти в сознание когда-нибудь, если поступит так. Ведь Феалла рядом уже не будет. Никого не будет.
‒ Это же не все? – только сейчас она обратила вновь внимание на бывшего жениха
‒ Да. Не все. Неважно, победишь ли ты или будешь вынуждена покинуть тело девчонки не по своей воле – ты никогда не сможешь стать одной из нас больше. Ты никогда не увидишь Эрдолианн, не узришь Великую Пару, не сможешь проскакать в составе Охоты по кромке заката. Никакой магии или памяти. У людей тоже есть магия, но не одна жизнь пройдет прежде чем ты сможешь заполучить ее. Это все, что тебе могут предложить. И...
‒ И только я сама виновна в подобном… Я знаю.
‒ Что ты ответишь?
‒ Откуда мне знать? – неожиданно для себя, Альтелла разозлилась. ‒ Откуда мне знать, как поступить. Я… я уже… я просто не могу решить!
‒ Твой ответ я буду ждать завтра. Здесь. – Феалл повернулся и пошел прочь.
‒ И это все? Ты мне больше ничего не скажешь? – закричала Альтелла в спину.
Феалл остановился. И, не оборачиваясь, проговорил:
‒ Я сказал все, что мог. Только вижу, мне и это не стоило говорить.
Он уже давно скрылся из виду, а Альтелла все еще была у берега озера. Потом встала и медленно поплелась в деревню. Идти ей больше было некуда. Та надежда на возвращение, что на миг появилась в ней при разговоре с Феаллом, исчезла. И Альтелла точно знала ‒ теперь ее жизнь связана со смертными, к которым она раньше относилась с таким презрением. Видения прошлого все еще преследовали ее, правда, какими же они были тусклыми теперь, после стольких лет жизни вдали от дома. Девчонка, потомок Охотника? Ну, это ничего. Альтелла пока не потеряла свою силу. Она победит Итку и выгонит ее из сознания, из тела, из жизни. На этот раз она не побежит. Просто начнет все с чистого листа. И даже хорошо, если у нее не останется памяти о прошлом: ей с этим прошлым больше не по пути.