Автор Владимир Тихомиров
Ровно 80 лет назад газета «Правда» начала публиковать главы из поэмы Александра Твардовского «Василий Тёркин». На втором году войны уставший читатель вдруг обнаружил, что говорить о тяжёлых сражениях можно легко и с юмором. Страна влюбилась в хитрого солдата Тёркина.
Вообще-то военкор Твардовский придумал Тёркина и начал рассказывать о его похождениях в стихах ещё в 1939 году, во время Финской войны. Секретность тогда была жуткая, цензура не разрешала военкорам публиковать информацию с передовой. А писать что-то надо. И Твардовский, командированный на фронт газетой Ленинградского военного округа «На страже Родины», придумал художественный образ солдата.
Настоящая слава к Тёркину пришла осенью 1942-го. Сначала газета «Красноармейская правда», а вслед за ней и большая «Правда» напечатали первую главу поэмы:
«Тёркин – кто же он такой?/ Скажем откровенно:/ Просто парень сам собой/ Он обыкновенный».
Простой русский солдат быстро стал медийным символом начавшейся битвы за Сталинград. А положение было отчаянное. Красная армия несла страшные потери, по радио каждый день передавали призывы Ильи Эренбурга: «Не считай дней. Не считай вёрст. Считай одно: убитых тобою немцев».
И вдруг – резкая смена интонации. В главной газете Советского Союза появляется герой-хитрец, не скрывающий лукавого взгляда на войну и агитационные установки: «Хорошо, когда кто врёт весело и складно».
Читатель Тёркина принял сразу. А литературная тусовка – нет. Дескать, «слишком лёгкие стишки», «примитивные частушки».
Зато аристократ Иван Бунин, хотя и был антисоветчиком, от «Тёркина» впал в восторг. Писатель отметил: у Твардовского нет ни одного фальшивого или пошлого слова. Потомственный дворянин увидел в Тёркине сходство с легендарным героем Первой мировой войны – казаком Козьмой Крючковым. В августе 1914-го он первым из нижних чинов был награждён Георгиевским крестом высшей степени за смелый кавалерийский наскок на немцев.
Это соединение «державности» и «народности» в герое Твардовского разглядел и Сталин. После войны автору «Василия Тёркина» вручили Сталинскую премию, затем ещё две – за новые поэмы, а в 1950 году Твардовского поставили главным редактором толстого и важного журнала «Новый мир».
Но до этого он ещё раз поменял язык военной поэзии, написал в 1946-м пронзительное стихотворение «Я убит подо Ржевом» – посвящение миллионам безымянных солдат, погибшим при отступлениях первых двух лет войны.
Это был тоже резкий поворот от официоза, в рамках которого ни о ржевской бойне, ни о других проигранных нашей армией эпизодах войны вспоминать было не принято.
От этих строк и сегодня подкатывает к горлу ком. Как он их нашёл, как услышал?
Как найти такие слова нам сейчас, чтобы описать нашу войну с современными нацистами? Героев на этой войне ведь немало, и военкоров хватает. А вот больших русских поэтов не хватает. Что ж, будем пока перечитывать «Василия Тёркина».
«Грянул год, пришёл черёд,/ Нынче мы в ответе/ За Россию, за народ/ И за всё на свете».
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.