На днях раздался телефонный звонок. С Майей мы не говорили больше года, и не сказать, что я горела желанием прерывать это затянувшееся молчание. Поразмыслив пару секунду, я решила ответить. От телефонной трубки веяло нарочитой тревожностью.
- Да, Майя. Привет, давно не слышала тебя.
- Зо, привет! Нам нужно встретиться.
Ее голос отдавал каким-то кричащим шепотом. Вроде человек был бы рад орать тебе в трубку, но почему-то не получается.
- У тебя что-то случилось? Ты звучишь напугано (читайте – неадекватно).
- Просто…только ты меня поймешь. Ну мне так кажется. Я точно не могу сказать в норме ли, но я определенно не безумна. Но…если я расскажу другим..
Все это напоминало странный дешевый триллер, поэтому захотелось прервать этот невнятный диалог.
- Хорошо, давай встретимся, я освобожусь в 19.00, к 19.30 смогу быть в районе Фрунзенской.
-Отлично, спасибо тебе.
Связь резко оборвалась. У меня было столько работы и 5 книг, которые я еще даже не открывала, поэтому про этот странный звонок я забыла, поставив напоминание на семь вечера.
Большое окно, чай на сосновых шишках. Мне нравился этот ресторан. Не знаю, почему я так редко в него ходила, потому что кроме вкусной еды, он подарил мне несколько очень хороших воспоминаний.
Майя влетела эффектно. Ну , в смысле, все заметили, потому что она именно влетела, снеся вешалку при входе. За год она не сильно изменилась, но что-то в ней вызывало диссонанс с привычным образом. Потом, когда она заговорила, я поняла, в чем дело. Она горела. Изнутри. Ее глаза просто полыхали. Раньше она была такая аморфная, такая безэмоциональная, как замороженная рыба. И это сочеталось с ее образом жизни.
А тут, вдруг. Настоящий ураган, угрожающий поджечь мое напускное безразличие.
- Зо, я летела как комета! Прости за опоздание, но ты любишь это место! Чай с шишками, ты – по классике, а может поедим нормально? Я угощаю.
Она тараторила, как трещотка. Без остановки и с такой скоростью, что у меня глаз задергался.
- Майя, садись. Остынь, ты сегодня пожар. Посмотри меню, закажи и рассказывай, а то ты…
- Да, ты права. Напугала тебя. Сейчас разберемся с едой и начнем. Там целая история. Напиши о ней потом, я разрешаю. Натурально сказка.
Она перебила меня, и я поняла, что сегодня я просто – уши.
Официант растворился в зале с нашим заказом, а Майя наконец выдохнула и рассказала мне свою волшебную историю, которой мне так захотелось поделиться.
- Зо, я встретила Джинна. Самого настоящего Джинна. А может он как раз не настоящий.
- Лампу в студию, - я начинала смеяться, но она надула губы.
- Ты, как никто, просто обязана мне поверить. Понять меня. Мне кажется, только ты.
Нет никакой лампы. Я столкнулась с ним в бизнес-центре с месяц назад. Очень поздно закончила. Ноги заплетались, я налетела на него в коридоре.
- Да, в твоем репертуаре. На тебя посмотришь, ты других способов не знаешь.
Она пропустила мою шутку мимо ушей, но черты лица смягчались. Она продолжила.
Я никогда такого не ощущала. Я посмотрела ему в глаза и опомнилась спустя 2 часа в ресторане за углом с чашкой кофе в руках. Ты спросила про лампу, так вот у меня ощущение, что в этой лампе теперь живу я. Но он…вроде есть, а вроде его и нету. Домой я будто летела. Мы виделись трижды, но на каждую встречу приходится по одному желанию. Но самое удивительное, что это мои и одновременно не мои желания. Я не понимаю, откуда они берутся.
Мы виделись уже трижды, я не знаю, исчерпан ли мой лимит.
Она повторяла это "трижды", ее голос вздрагивал.
- Какой он? Расскажи мне, каким ты его видишь.
Смутно знакомое чувство подступало к горлу от солнечного сплетения. Такой странный голод. Такое странное дежавю.
- Хорошо, я попробую. Он эфемерен, как джинн. Как истинные и сокровенные желания. Надеяться на обладание хотя бы частицы этого эфемерного элемента – высшая степень безумия. Ты не можешь ухватиться за него. Как если бы я пыталась поймать воздух. Иногда я утопаю в бездне собственных страхов и предрассудков, потому что с его появлением они полезли как подснежники из-под снега. Он «оголил» мою изнанку. Я ее очень боюсь.
- А его?
Мое любопытство расползалось по всему телу теплом с кислинкой, как от лайма.
- Его? Не понимаю. Хронически «дуть на пламя», чтобы не погасло – можно чокнуться. Этот Джинн не слушает даже ветер, и решения его непонятны мне как погода.
Иногда кажется, что сам Всевышний не в курсе его мотивов и планов, а Дьявол спился в погоне за его желаниями. Представляешь, это целый класс. Очень маленький и редкий подвид: джиннообразные мужчины. Это не приходяще-уходящие мальчики, о которых новоиспеченные психологи пишут в превью к своим тренингам.
В его глазах, окруженная языками пламени, застряла целая ледяная глыба. Он – Кай, за которым не явилась Герда, а Снежную Королеву он поставил на колени, предварительно совратив. Он реально сошел со страниц взрослой чудаковатой сказки, переписанной на новый лад. Да еще и им самим.
Майя вопиюще и восторженно смотрела на меня, остановившись. Будто, пытаясь отдышаться, в тоже время опасаясь, что я, ее последняя надежда на понимание, не поверю, посмеюсь или просто не удостою такого персонажа своим вниманием.
Мне было действительно трудно подавить улыбку и смех. Но, отнюдь не потому, что ее сказка звучала как драматический бред. А именно потому, что я тоже знала одного такого Джина. Редкий экземпляр. Новое поколение, ведь свою лампу он давно уничтожил сам.
- Какое было твое третье желание? Спросила я Майю, уже не сдерживая улыбки.