Показав свой красивый затылок, столь уверенно сделала шаг, но, с ногой на излёте, застыла. Я ответно застыл, не дыша. Постояла секунду и плечи, перекрёстно руками обняв, зашагала стремительно в вечность, ту, в которой не будет меня... В горле ком, как холодная жаба. И тоска подколодной змеёй шевели́тся под ложечкой, дабы я почуял сильнее её... Опрокинутый месяц из лужи целит рогом в расстрельную тьму. С тихим шёпотом: "Что же ты? Ну же?!", вырываюсь из фатума мук. Оттолкнулся от шара земного и лечу. Но решил ли я сам, что запомнить затылок - немного? Нужно видеть сиянье лица! Может, месяц холодный сподобил, подмигнув? И бегу я стремглав... Люди! Пальцы скрестите, а? Чтобы мне успеть к удивлению глаз...
Показав свой
красивый затылок,
столь уверенно
сделала шаг,
но, с ногой на излёте, застыла.
Я ответно застыл,
не дыша.
Постояла секунду
и плечи,
перекрёстно
руками обняв,
зашагала стремительно в вечность,
ту, в которой
не будет меня...
В горле ком, как холодная жаба.
И тоска
подколодной змеёй
шевели́тся под ложечкой,
дабы
я почуял сильнее её...
Опрокинутый месяц
из лужи
целит рогом
в расстрельную тьму.
С тихим шёпотом:
"Что же ты? Ну же?!",
вырываюсь
из фатума мук.
Оттолкнулся
от шара земного
и лечу.
Но решил ли я сам,
что запомнить затылок - немного?
Нужно видеть
сиянье лица!
Может,
месяц холодный сподобил,
подмигнув?
И бегу я стремглав...
Люди!
Пальцы скрестите, а?
Чтобы
мне успеть
к удивлению глаз...