«Екатерина — это Тартюф в юбке» — такое хлесткое определение дал императрице Пушкин. Он писал так: «Ее великолепие ослепляло, приветливость привлекала, щедроты привязывали… Екатерина знала плутни и грабежи своих любовников, но молчала».
С другой стороны, Пушкин в «Капитанской дочке» создал противоположный образ. Помните эпизод о случайной встрече Маши Мироновой с незнакомкой? Такой простой, понимающей женщиной, которая обещает передать письмо императрице. Незнакомка оказывается Екатериной II, которая помиловала Петра Гринева и устроила будущее Маши.
*ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.
Так как же Пушкин относился к императрице на самом деле?
Александр Сергеевич хорошо чувствовал историю. И поэтому воспринимал Екатерину II противоречиво.
Один факт борьбы Пушкина с «медной бабушкой» чего стоит!
По иронии судьбы Пушкин получил памятник Екатерине II в качестве приданого. Наталья Гончарова была из обедневшего рода, от былого богатства семьи осталась статуя русской императрицы, которую заказывал еще прадед Гончаровой, но поставить на улицах столицы не успел (статуя 35 лет пылилась в подвалах усадьбы). И вот Екатерину выдали молодым на свадьбу: мол, продадите, а деньги пойдут на семью. Пушкин назвал ее «медная бабушка».
В 1830 году поэт написал в правительство семь писем с просьбой разрешить отдать Екатерину на переплавку. Но увы. После свадьбы Пушкины переехали, огромную статую пришлось тащить из Москвы в Петербург. Там поэт вновь рассылал письма с просьбой купить у него памятник за 25 000 рублей. В итоге, чтобы хоть как-то избавиться от императрицы, он заложил ее за 3 000 рублей (в 1836 году одного крепостного мужика можно было купить за 400). Позже памятник отправился на литейный завод.
Казалось бы, с «бабушкой» покончено? Но вышло иначе. Статуя лежала себе в цеху... И уже после смерти Пушкина, в 1844 году, ее заметили братья Коростовцевы. Так царица понравилась этим купцам из Екатеринослава, что они выкупили ее и поставили на главной площади родного города, который был основан Екатериной Великой (позже — Днепропетровск, а теперь Днепр). И только в 1941 году при немецкой оккупации памятник навсегда исчез — видимо, все-таки был переплавлен. Получается, что «медная бабушка» пережила Пушкина на 100 с лишним лет.
Из урока истории Тамары Эйдельман* в онлайн-школе лектория «Прямая речь»